И вот за дело взялись математики, физики, химики – люди, казалось бы, далекие от медицины.
Тридцать лет назад Норберт Винер попробовал создать математическую модель работы сердца, использовав для этого концепцию конечных автоматов. По его расчетам получалось, что причины-фибрилляции сердца следует искать в каких-то странных вихрях, возникающих в сердечных тканях.
Ознакомившись с работой Винера, другие математики пожали плечами: Математически все как будто правильно, но кто знает, не была ли математическая модель слишком упрощена? Быть, может, поэтому и получились столь странные результаты... Медики высказались еще более категорично: «Волны в сердце?! Это что за выдумки?!.»
Понадобилось три десятилетия, работа многих ученых, в том числе В. И. Кринского, А. Н. Заикина, А. М. Жаботинского, члена-корреспондента АН СССР Г. Р. Иваницкого, чтобы понять: сердце – такая же возбудимая система, как пожар в степи, зайцы и лисы в лесу, сине-красные волны в чаше на лабораторном столе... Теория автоволновых процессов смогла точно определить: фибрилляция происходит, когда вместо одной автоволны (мышечного сокращения) возникают многочисленные спиральные волны. Иногда возникает одна мощная спиральная волна, вызывающая приступ тахикардии.
Ну, а когда известен яд, легче отыскать противоядие. Теория автоволн дает возможность фармацевтам целенаправленно искать эффективные противоаритмические лекарства, намного быстрее проходить путь от химической лаборатории до койки больного.
И это только одно из практических применений новой теории. Автоволны также поддерживают капиллярный кровоток, обеспечивают продвижение пищи по желудочно-кишечному тракту, стимулируют жизнедеятельность мозга... Более того, по мнению исследователей, автоволновые процессы являются первоосновой «живых часов», которые есть в каждой клетке, благодаря им люди обладают чувством времени.
– С помощью теории автоволновых процессов, – говорит Анатолий Маркович, – можно также вести исследования флаттера в аэродинамике, решать проблемы устойчивости плазмы в термоядерной энергетике, создавать системы оперативной памяти в микроэлектронике...
Исследование закономерностей, протекающих в активных средах, привело к возникновению новых разделов биофизики, физической химии, математики... И даже послужило одной из основ новой науки – синергетики – изучающей процессы в любых активных средах, будь то химическая реакция, физический прибор, живая клетка, организм или целое общество.
Важность проведенных исследований подчеркивает и такой факт: группа исследователей в составе Б. П. Белоусова (посмертно), А. М. Жаботинского, Г. Р. Иваницкого, В. И. Кринского и А. Н. Заикина была удостоена Ленинской премии в области науки и техники.
...А началось все так обыденно – с пробирки на лабораторном столе.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.