О героизме и о лихачестве

Владислав Рыбушкин| опубликовано в номере №270, июнь 1935
  • В закладки
  • Вставить в блог

Прекрасные большевистские черты: отвагу, выдержку, сильную волю - мы противопоставляем бессмысленному риску, авантюре, сногсшибательным трюкам, подвергающим опасности жизнь людей и целость машин.

Правильно писал тов. Эйдеман в «Комсомольской правде» о том, что воздушные хулиганы «только играют в смелость, мужество и храбрость; на деле же их поступки не имеют ничего общего с этими прекрасными чертами нашей молодежи».

Я, как очевидец катастрофы самолета «Максим Горький», облекшей в траур всю страну, хочу рассказать об этом трагическом событии и о выводах, которые я сделал для себя как летчик.

На аэродром я приехал с летчиком Благиным на одной машине. С нами приехали также комсомольский работник ЦАГИ Лебедев и слесарь Тося Смирнова.

Я вырулил первым, за мной Благин, и вместе встали на старт. Первым вылетел я, Благин - за мной.

Набрали высоту 300 - 400 метров. Я увидел взлет самолета «Максим Горький». Сверху он был ярко-красного цвета.

Я стал пристраиваться к левому крылу гиганта, а Благин стал на правом крыле.

На моем самолете был кинооператор. Он начал фотографировать самолет снизу. Потом оператор показал вверх. Я набрал высоту, и он стал фотографировать сверху.

Мне впоследствии рассказывали, что Благин во время взлета сделал фигуру «имельман». Это сложнейшая фигура высшего пилотажа. В ней сочетается мертвая петля с поворотом самолета вокруг своей оси. Сделать такую фигуру возле земли - недопустимый поступок: Благин мог разбить самолет.

Когда мы засняли «Максима Горького» сверху, я его обогнал, чтобы кинооператор заснял гигант спереди. После этого я свернул вправо, а «Максим» пошел влево, повернув нос в сторону аэродрома. Благин в это время был на правом крыле.

Внезапно он сделал «бочку» вправо. После этого он прошел над «Максимом Горьким» и пристроился на левом крыле. Я поднялся повыше метров на 50, так как думал, что он будет делать «бочку» влево и может меня задеть.

В это время Благин пошел на фигуру «имельман», рванулся вверх и оттуда сорвался, потерял скорость и врезался в правое крыло «Максима Горького».

Удара я не слышал. По-видимому, Благин ударил в масляные баки, так как после удара поднялись клубы черного дыма. Я думал, что самолет загорится. Но пожара не произошло.

От гиганта оторвался черный предмет, похожий на капот или мотор. Я хотел выйти вперед и посмотреть, что случилось. Вижу: Журов открыл окно и высунул руку. Тут же он ее убрал. Я немного отстал. «Максим Горький» сильно накренился.

Крен быстро увеличивался, и гигант все больше опускал нос. По-видимому, Журов сбавил газ и выключил мотор.

«Максим Горький» сразу пошел вниз с большой скоростью.

С правого крыла полетели куски полотняной обшивки, небольшие деревянные части самолета Благина.

Гигант стал дрожать, но держался еще в воздухе.

От правого крыла отлетели большие осколки. Я шел слева. Чтобы осколки не попали в меня, я несколько сбавил газ, прижал машину и начал набирать скорость.

У гиганта отвалился хвост. По фюзеляжу, словно черная молния, прошла трещина.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 12-м номере читайте об авторе бессмертной сказки «Аленький цветочек»  Сергее Тимофеевиче Аксакове, об истории возникновения железнодорожного транспорта в России, о Розалии Марковне Плехановой – жене и верном друге философа, теоретика марксизма, одного из лидеров меньшевистской фракции РСДРП, беседу с дочерью Анн Голон Надин Голубинофф, которая рассказала много интересного о своих родителях и истории создания «Анжелики», новый детектив Георгия Ланского «Мнемозина» и многое другое.



Виджет Архива Смены