- Но какие же у вас основания для подозрений? - волнуясь, скрашивала девушка.
Кокарев вкратце повторил ей то же, что говорил Дику.
- Мне трудно поверить - сказала Сима: - чтобы отец, так нам сочувствующий... Нет, нет!... Впрочем, я обещаю быть осторожной.
Глухое возмущение поднималось в ней. Она заспешила.
Задыхаясь от ходьбы, взбежала она по ступенькам и едва не упала, споткнувшись в сенях о лежащее тело.
Нагнувшись, и с ужасом всматриваясь в неподвижную фигуру, Сима узнала Шелеста.
В руке у него была зажата бумажка.
В сложенном листике она узнала свою записку, обратив внимание, что назначенное ею время было изменено.
Все было ясно.
Гнев и горечь душили девушку. - Мести! Мести! - кричало все ее существо.
ОФИЦЕРЫ СДАЛИСЬ. Дом, откуда били из пулемета, был занят Федором и его людьми, и сейчас Виктор с двумя матросами производил в нем обыск.
Сдавшихся офицеров передали проходившему отряду солдат, для доставления в штаб.
В это время из - за угла выбежала девушка с искаженным от муки лицом.
- Товарищ Сименкова! - воскликнул Федор: - Откуда бежите? Что случилось?
Она не выдержала и громко зарыдала. Но, закусив до крови губу, сказала:
- Товарищи! Надо мстить! Пойдемте отыщем капитана! Это его рук дело!
И гневной, громыхающей проклятиями, ватагой они двинулись на поиски.
На углу Нахимовской и Приморского бульвара они увидели бегущую им навстречу девочку.
Добежав до матросов, она бросилась к Федору и, глотая слова, дыша, как загнанная собачонка, заговорила:
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Шаболовский пивоваренный завод Б. Карнеева и Горшанова в Москве