- Барон ждет вас в горах, - произнес мой гость.
Мы отправились в путь на повозке, запряженной ослом, но затем нам пришлось пробираться пешком по узким горным тропам. Время от времени мой провожатый свистел, чтобы предупредить невидимых охранников о нашем приближении.
Тайные пещеры гор Каммарата издавна были прибежищем всех нарушителей закона. В такой же вот горной крепости известный бандит Сапьвато-ре Джулиано с горсткой людей несколько недель отражал наступление двух итальянских дивизий, вооруженных танками и гаубицами.
В полдень мы добрались до маленькой бревенчатой хижины, почти незаметной под нависшей над ней скалой. К тому же ее со всех сторон окружали заросли кактусов и красных олеандров. Маленькие окошечки были закрыты ставнями.
Мы вошли. За столом завтракал какой-то человек.
- Целую руки, - обратился к нему провожатый. Потом повернулся ко мне и прошептал: - Это он.
Капли пота увлажнили корни моих волос.
Новый главарь мафии оказался высоким, ширококостным человеком лет под шестьдесят. Загорелое лицо с твердой челюстью чисто выбрито. Черные волосы уже начали седеть на висках. На нем черный вельветовый костюм, белая рубашка повязана алым шарфом, на ботинках громоздкие серебряные шпоры, какие носят сицилийские помещики. Его темные неморгающие глаза довольно долго изучали меня. Потом он сказал:
- Присядьте и закусите со мной.
Я разделил его трапезу. Нам принесли суп, жареную рыбу со спагетти, яичницу с помидорами, черствый круглый хлеб, белый овечий сыр и несколько бутылок марсалы.
Как я и ожидал. Барон был озабочен репутацией мафии. Он начал винить «новых людей» во всех преступлениях, совершенных от ее имени.
- Это гангстеры, воспитанные в Америке, бандиты и грабители, присвоившие себе имя честных людей, - сказал он. - Это не люди чести, это животные. «Друзья» не имеют никакого дела с проституцией, торговлей живым товаром, контрабандой, наркотиками. Это все делают гангстеры. Они недостойны называться мужчинами самое жестокое оскорбление в Сицилии. - Д. Э). Мы будем бороться с ними и победим их.
- Почему бы не оставить это дело полиции! Барон плюнул на пол, чтобы показать свое презрение.
- Закон - сомнамбула, вечно спит, - сказал он. - Полиция всегда хватает не тех людей.
Ответственность за преступления мафии во многом ложится на органы власти, десятилетиями пытавшиеся замести их следы под ковер, скрыть от глаз мира. Лишь два из каждых ста убийств, совершенных мафией, становятся причиной вынесения приговора.
Сицилийцы не верят, что государственный закон в силах справиться с мафией. Из двух законов они вынуждены подчиняться тому, что разит наверняка. К тому же они знают, что у мафии свои агенты в правительстве, парламенте и полиции. До недавнего времени мафия хозяйничала даже в главной тюрьме Сицилии - «Учардоне». Эта мрачная крепость неподалеку от Палермской гавани была сценой непрекращающихся убийств и отравлений. Так, Гаспаре Пичиотта, главный свидетель полиции, умер в своей специально охраняемой камере, выпив с утренним кофе семь унций стрихнина.
Когда боссы мафии тревожились за свою жизнь из-за внутренних раздоров, они предпочитали «отсидеться» в «Учардоне», куда их заключали «за бродяжничество». Они жили в элегантно меблированных камерах, их обслуживали официанты ближайших ресторанов, а по вечерам они принимали у себя родственников и знакомых.
В «Учардоне», видимо, самая опасная лестница в мире. По данным тюремного госпиталя, уже более пятисот заключенных сломали себе шею, поскользнувшись на ее ступенях. Так мафия расправляется с доносчиками.
Сейчас полиция расчистила «Учардоне». Это было частью наступления на мафию, предпринятого в соответствии со специальными распоряжениями итальянского сената. Было создано особое полицейское подразделение во главе с Умберто Мадиа, сорокачетырехлетним маленьким и быстрым человеком с орлиным носом, из-за которого подчиненные называют его Фалькинетто-Соколенок. В его распоряжении всего 330 человек, но он уже выследил четыре тысячи мафиози. В мае прошлого года он арестовал знаменитого Лючианс Лиджио, одного из главных судей «трибунала» мафии, за которым полиция охотилась 16 лет и на счету которого было 145 преступлений.
Но Мадиа так и не сумел разрушить проклятия «омерты». Свидетели безмолвствуют. Лишь две доведенные до отчаяния женщины, Роза Рикко-болле, похоронившая мужа и 13-летнего сына, и Анна Галетти, решились назвать убийц. Но и они отказались подтвердить свои показания на суде. «Я не могу говорить. У меня есть сыновья. Я хочу, чтобы они жили», - сказала на суде Анна Галетти.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.