Поднялся сам Акбар.
— Говорю от имени бригады. Уполномочен. Правда, ребята?
Ребята кивнули.
— Виновными себя немного признаем: сгоряча отказались, — продолжал Акбар. — Еще бы раз разгрузить можно, черт с ним. Ты, Махмуд, зря улыбаешься. Думаешь, совсем прав ты? Нет. Грузчиком работать не мудрено. Головой надо работать. Мы собрались, немного придумали. Покажи, Рашид...
Один из членов бригады положил на стол несколько листов ватмана.
— Автоматический разгрузчик, — сказал Акбар. — Сделать несложно. Из чего — тоже есть, мы узнавали...
В протоколе этого собрания было записано:
«Инициативу бригады Сиддикова одобрить. Ходатайствовать» {Зачеркнуто) ...Потребовать у администрации беспромедлительного изготовления разгрузчиков и применения их. Контроль за внедрением возложить на А. Сиддикова...»
И если, оценивая работу владимирцев, в пятый или седьмой раз ликвидировавших одну прореху, Аркадий Суров или его единомышленники могли еще отрицать качественное отличие «прожектора» от прежних рейдов и воскресников, то нужно быть очень предвзятым спорщиком, чтобы отрицать новое качество «прожектора» на примере этого рядового, но очень примечательного эпизода из жизни молодежи Кувасайского цементного комбината: ведь ребята здесь не просто «залатали» производственную «прореху», устранили прорыв, — они сделали так, чтобы подобных прорывов не было вовсе.
Я листаю сегодня старые свои блокноты, просматриваю подшивки молодежных газет — рапорты «прожектористов»:
«На участке сборки проведен рейд по технике безопасности...»
«Государственное — значит, наше!» — рейд московских автозаводцев по всем цехам, участкам и службам...»
«За гибкость производства!» — начинание молодежи «Трехгорки», взявшей под комсомольский контроль связь с покупателями тканей не только в Москве, но и по всей стране...»
«Сквозной прожектор» должен осветить весь путь новой автомобильной шины от момента ее создания до гаража», — пишут молодые шинники столицы...»
Участок, цех, предприятие, цепочка «предприятие — торговая база — покупатель», затем уже несколько предприятий одной отрасли — вот темпы, которыми «комсомольский прожектор» выходил из узких рамок одного участка. Лучи его, выхватывающие отдельные, местные недостатки, становились все шире, все мощнее, все ярче.
Вскоре после окончания работы ноябрьского Пленума Центрального Комитета КПСС я встретился в НИИ пластмасс с энтузиастом «комсомольского прожектора» Борисом Федоровым.
— Мы хотим взять под контроль внедрение пластических масс в сельскохозяйственном машиностроении. Ведь сколько ценного металла можно освободить, заменив его легкими и дешевыми материалами, которые создаются в наших лабораториях! — рассказывал он.
Вдумайтесь в эти слова. Контроль за целой отраслью не только предприятий, но и институтов — научно-исследовательских, проектных, — вот о чем говорят сегодня в бригадах «комсомольского прожектора»!
Да, сегодня совершенно очевидно, что эта новая форма комсомольского контроля за очень короткий срок достигла того, к чему никак не могли прийти цеховые контрольные посты и заводские рейдовые бригады, — «комсомольский прожектор» стал организацией общесоюзного значения. И поэтому решение недавнего пленума ЦК ВЛКСМ о создании Всесоюзного штаба «комсомольского прожектора» явилось и закономерным и своевременным.
Создание такого штаба — внутренне подготовленное мероприятие. Ведь за семь месяцев «прожектор» заметно преобразовался. Мне довелось видеть работу «КП» московских автозаводцев. Это уже крупная организация со своей четкой и гибкой структурой: с органами выявления, группами обработки сигналов, с рейдовыми бригадами, информационными и аналитическими центрами, — тесно связанная с другими общественными организациями советом молодых специалистов, общественными конструкторскими бюро. «КП» смело привлекает их, когда необходимо решить вопросы большой инженерной трудности. По заказу «прожектора», например, ОКБ ремонтно-механического цеха сконструировало газовсасывающее устройство для одного из цехов завода. Это устройство получило одобрение на Московской конференции сварщиков и будет использовано, по-видимому, на многих предприятиях столицы и страны.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.