— Я же сказал, найдется.
А вокруг смотрели, как один из корчагинцев со шпалой, подтянув штанины, шел по грязи босым. И было в той необыкновенной картине, пожалуй, нечто символическое. Сменяются поколения комсомольцев, но молодые всегда самоотверженны, всегда одинаково одержимо стремятся к подвигу, пусть маленькому, пусть всего лишь для самого себя... Во имя него выпросила сюда направление выпускница Воронежского индустриально-педагогического техникума Таня Зарубина. Чтоб «было после в жизни что вспомнить», уломал-таки директора совхоза «Осколковский» отпустить его Ваня Головцов — заводила-гармонист и комсорг брянских корчагинцев. Сейчас строят возле будущего кислородно-конверторного цеха столовую.
Или вот корчагинцы из Чечено-Ингушетии. Муслим Аушев пробивает идею создать эстрадный оркестр «Салам». Идея стала общеотрядной. Горком комсомола дает инструмент в общежитие, но сейчас не до «Салама»: ребята постановили не уходить с объекта без выполненной нормы. Легко сказать!
Объект на дне огромного глубокого котлована под отделение непрерывной разливки стали. Официально всему этому название — «нулевой цикл». Бригада строит здесь подкрановые пути. Ей подвозят песок, гравий, укороченные шпалы, рельсы, накладки, костыли. Остальное уже зависит от умения, силы, выносливости и, конечно, оптимизма.
Умения, понятно, сначала не было ни у кого, сил хватало ненадолго, с выносливостью оказалось еще хуже. Не оставляла только жизнерадостность. Даже в самые трудные часы под конец рабочего дня, когда хотелось сесть на кучу песка, уронить гудящие от усталости руки. Муслим брал наперевес лопату и начинал исполнять партию электрогитары. Саша Цыплятников превращал другую лопату в контрабас. Вступали трубы, тромбон, ударник...
Такого тут ветераны еще не видывали. Удивлялись тому, что «артисты» довольно быстро освоили незнакомое для себя дело - как заправские строители с прибаутками двигали при укладке рельс, ловко забивали в шпалы костыли.
Постепенно у ребят появилась этакая степенность. В разговоре теперь никто не скажет, допустим, выбрать лишний песок из-под шпалы, а непременно — «подрезать шпалу». «Штопать» на их профессиональном языке означает трамбовать песок деревянными лопатами, «шить» — забивать костыли. Зато для большого молотка на длинной ручке придумали веселое название — кувалдометр.
Однажды утром они приехали на работу и увидели в котловане на своих путях установленную платформу башенного крана. Фермы самого крана еще лежали на земле, монтажникам предстояло его собрать, установить, а корчагинцы с криками «ура!» принялись подбрасывать кепки, размахивать косынками. То был по-настоящему праздничный день.
— Та-ак, — сказал Сахаров, осматривая присланное в бригаду пополнение — похожую на подростка девчонку и двух парней-кавказцев. — Значит, говорите, добровольцы?
Пополнение кивнуло головами.
— Это хорошо, — вздохнул бригадир. — Делать-то что умеете? Ну, вот ты. Как тебя?
— Таня. Казаченок. Фамилия у меня такая. Окончила в Воронеже техническое училище. Каменщица второго разряда.
— У-у. Молодец, Казаченок. Вырастишь ты у нас в настоящего казака. Только придется специальность бетонщицы приобрести. А ты откуда?
— Из Баку. Парсего я. Вениамин Парсего. Можно просто Беник. Меня дома все Веником зовут. Работал на радиозаводе. Очень хочу приобрести специальность бетонщика...
— Быть тебе, Беник, бетонщиком. — Бригадир снова вздохнул. — А также плотником, арматурщиком, сварщиком. Потому как бригада у нас комплексная и делает все. Кроме разве вот радиоприемников. Ты кто?
— Роберт Петросян. Работал в Степанакерте на обувной фабрике...
— Напугал ты меня, — усмехнулся Сахаров. — Подумал, уж не из гроссмейстеров. Ладно, разберемся.
Долго разбираться не пришлось. Человек в работе весь на виду. Таню бетонщицы признали сразу. Девчонка чувствовала себя на площадке уверенно, ей почти не требовалось ничего объяснять: когда нужно, сама бралась поливать бетон, просилась стать на вибратор.
С бакинцем получалось сложнее. Парень впервые попал на строительство, у него явно шла голова кругом. И как случается обычно с неопытным работником, он постоянно попадал в нелепые положения. Попросил его кто-то из плотников подать леснику — Беник долго метался по площадке в поисках лесенки. Посмеялись над парнем и растолковали, что в плотничьем деле лесника — это лесина, нетолстая доска. После того случая к Бенину в бригаде стали проявлять подчеркнутое внимание.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Повесть. Продолжение. Начало в № 16.
С Героем Социалистического Труда, депутатом Верховного Совета СССР, токарем Балтийского завода имени Серго Орджоникидзе Алексеем Васильевичем Чуевым беседует специальный корреспондент «Смены» Лина Тархова