— А что она говорит? — насторожился Иван.
— Прямо не говорит, а намеки дает. — Мать успокоилась и продолжала ровным, уверенным тоном: — Дом-то ее, возьмет да и скажет: вот вам бог, а вот вам порог.
Иван задумался. Он знал, что по документам дом принадлежит тетке, но сколько здесь и их с матерью труда...
Иван посмотрел в окно — зыбкая полоска света выхватила из темноты два тонких деревца. Эти липы у дома посадил он, Иван. Все тут его, родное. Неужели когда-нибудь он покинет этот дом?..
Мать, видя, что сын смягчился, заговорила с новым чувством:
— А комсомольцы не венчаются, что ли? Ну, поругают немножко, а потом забудут.
— Я и в церкви-то ни разу не был, — попробовал возразить Иван.
Мать просияла в примиряющей улыбке.
— В церкви красиво, — нараспев говорила она, — певчие поют, свечи горят, лики расписные...
— Будет, будет, — улыбаясь, прервал ее Иван. — Поздно уже, спать пора.
Он думал, что этим все и кончится, но не тут-то было. К недобрым пророчествам тетки, слезным просьбам матери прибавились и вкрадчивые уговоры жены. Это была уже не та бойкая и острая на язык девчонка, а степенная, рассудительная женщина. Гладко зачесанные волосы с монашеским пучком на затылке придавали ей строгий, благочинный вид. «Надо обвенчаться, Ваня, — тихо говорила она мужу. — Иначе тетка нам житья не даст. А куда мы пойдем? У нас дома, сам знаешь, что делается, да и твою мать не на кого оставить».
Мысль Ивана, следуя за рассуждениями Галины, точно в какую-то мышеловку попала. Как ни крути, а венчания, выходило, не миновать.
Ранним мартовским утром Иван с Галиной и теткой, зябко поеживаясь от промозглого холодного ветра, пошли на автобусную остановку. Путь их лежал в город — в церковь.
...Обычный субботний день. В церкви идет молебен. Молодых тут почти не видно — одни старушки, старики. А вот на церковном дворе, у флигеля, в котором крестят детей, толпится народ. Здесь в основном молодежь.
— Издалека? — спрашиваю общительного, улыбающегося паренька.
— Из Толоконцева.
— Сын или дочь?
— Нет. — Парень понял с полуслова. — Я крестный. — Оказывается, бывал тут раньше, и не раз, так сказать, штатный «крестный отец». — Друг попросил. Разве откажешь?
Рядом стоит молодая мамаша, упорно не желающая смотреть в мою сторону. Подошел и отец ребенка. На вопрос: «Почему решили крестить?» — отвечает то ли в шутку, то ли всерьез:
— Кричит по ночам. Старики говорят: окрести те — перестанет.
В 11-м номере читайте о видном государственном деятеле XIXвека графе Александре Христофоровиче Бенкендорфе, о жизни и творчестве замечательного режиссера Киры Муратовой, о друге Льва Толстого, хранительнице его наследия Софье Александровне Стахович, новый остросюжетный роман Екатерины Марковой «Плакальщица» и многое другое.
Наука — техника — прогресс
Творческая педагогика
Молодые мастера искусств