Лестница в мир прекрасного

опубликовано в номере №1163, ноябрь 1975
  • В закладки
  • Вставить в блог

В постижении искусства есть ступенчатость. Своеобразная лестница. Я могу сравнить ее с той, по которой вы поднимались сюда, в мою мастерскую. Если у вас неразвитые мышцы, а одной из ступеней нет, то вы не одолеете подъем. Не сможете перепрыгнуть. Так и в искусстве, в творчестве. И в восприятии искусства.

Развитие эстетического вкуса – процесс по сути своей эволюционный, хотя и могут быть в силу разных благоприятных причин резкие скачки.

Как, например, складывается наше знакомство с музыкой? Мы не начинаем с Баха. Первые песни – те колыбельные, что напевает мама. Потом идут самые популярные, а стало быть, и самые доступные, наиболее простые песни. Затем, например, могут прийти вальсы Штрауса, мелодичные, легко запоминающиеся. Симфонические концерты приходят позже, это одна из последних ступеней лестницы. Не сразу получает человек удовольствие от музыки Бетховена или Гайдна.

Эстрадные мелодии популярны не только оттого, что они якобы более отвечают ритмам нашего делового и неспокойного века. Это, кстати, спорная, на мой взгляд, истина. Они

проще, доступнее, чем серьезная симфоническая музыка, и, может быть, как раз потому и тянутся к ним подростки: юноши просто не успели – в силу возраста, в силу небогатого опыта постижения искусства – подняться к тому достаточно высокому уровню, когда начинаешь глубоко воспринимать идеи, образы, мысли великих музыкантов.

B. БАЛТРУНАС. Слушая вас, я вспоминаю наш телевизионный конкурс «Песенка-песня» для дошкольников и ребят младших классов. Он пользуется, как вы знаете, несомненной популярностью и привлекает внимание и старших и младших: это начало системы музыкального воспитания.

C. КРАСАУСКАС. Да, начало, и хорошее начало. Ведь очень обидно, когда человек обкрадывает себя, добровольно отрезает добрый кусок мира, не ведая о тех богатствах, которые там таятся, лишает себя общения с гениями – Бахом и Моцартом.

Не хватает звеньев лестницы. Иногда целых маршей. Наверстать упущенное можно, однако это вовсе не просто. Не хотел бы утешать тех, кто вдруг почувствует, что он что-то упустил. Но знаю, что пройдет время, и человек, который настойчиво стремился наверстать упущенное, придет к желаемой цели, ему будут доступны Прокофьев и Шостакович, прекрасная музыка становится потребностью, фактом бытия, частью его образа жизни.

В. БАЛТРУНАС. Стало быть, нас беспокоит одно и то же. И деятелей искусства. И комсомольских работников. Молодежь тянется к искусству, и мы призваны помочь молодым людям правильно понимать и оценивать произведения литературы и музыки, скульптуры, кинематографа, живописи, театра. Молодежная республиканская печать много и довольно интересно рассказывает об искусстве, по-моему, более активными стали сейчас критики, в том числе и молодые, хотя искусствоведов все-таки маловато и, к сожалению, критические выступления получаются далеко не всегда живыми и интересными. Признаться, у меня иногда мелькает «крамольная» мысль: а не стремятся ли порой критики не столько проанализировать художественные достоинства (или недостатки) повести начинающего прозаика или полотна молодого художника, сколько показать блеск своего пера, свою эрудицию? Мне всегда казалось, что критические выступления должны решать одновременно две задачи: с одной стороны, помогать автору верно оценивать результаты своего труда, а с другой – и привлекать читателей, слушателей, зрителей к той или иной работе и помогать им разобраться в ней.

С. КРАСАУСКАС. Рядом с процессом самого творчества идет процесс анализа. И особенно важно помнить об этом тем, кто не только воспринимает искусство, но и сам творит его.

Если человек, не искушенный в искусстве, восхищается каким-то значительным произведением, но не может объяснить, почему оно производит такое впечатление, не может поверить гармонию алгеброй, то это, может быть, и обидно, но не страшно. Не могут да и не должны все уметь рассуждать так, как удается это лучшим искусствоведам. Но если ты начинающий художник, прозаик, композитор, если ты стремишься к настоящим, а не мнимым вершинам творчества, то ты обязан уметь размышлять, анализировать,

Порой художники толкуют о том, что и не нужно все разъяснять, что искусство – таинство, они выводят на первое место подсознание. Подсознание действительно важнейший соучастник творчества. Это глубочайшая тайна: как вдруг рождаются мысль, идея, образ. Я, например никогда не улавливаю, как появляется то или иное решение. Только констатирую – с опозданием, понятно, – что оно родилось. Подсознание в творчестве существует, но оно не первопланово.

И не надо ссылаться на подсознание для объяснения произведения неясного, зашифрованного, похожего на ребус. Подсознание здесь ни при чем.

Вспоминаю слова Сомерсета Моэма. В книге «Подводя итоги» он размышляет о природе неясностей в творчестве писателя, в искусстве вообще. Есть, считает Моэм, две группы художников, которые творят неясно. Первые потому, что думают неясно. Вторые же считают свою душу таинственным садом, в который войти могут только избранные. Эти специально подпускают туман, набрасывают вуаль. Тем самым прикрывают пустоту, никчемность размышлений.

Искусство хранит ясность как одно из самых больших своих достоинств. Это извечная его черта, хотя работали на протяжении столетий мастера с разным творческим почерком. С разной степенью условности.

В последней моей работе, «Вечно живые», этой своеобразной графической поэме, гражданские мотивы, кажется мне, очевидны. Наверное, нет у нас семьи, которая не хранила бы вечно в памяти своей отца или сына, деда или брата, мать, сестру, ушедших из жизни в годы борьбы с фашизмом. Осуществление подобного замысла невозможно без определенного, сфокусированного, ясного, до предела ясного и лаконичного решения. Тут важнее всего выражение темы.

В. БАЛТРУНАС. Гражданские мотивы... Наверное, это сердце настоящего искусства. «Поэтом можешь ты не быть, а гражданином быть обязан» – мысль эта сегодня куда как не нова, но ценности, истинности своей она по-прежнему не утратила. Мы понимаем, как велика роль творческой интеллигенции в коммунистическом воспитании людей, знаем, что мастера искусств внесли заметный вклад в успешное претворение в жизнь планов девятой пятилетки, и именно потому Центральный Комитет комсомола республики постоянно занимается проблемами творческой молодежи.

Прежде всего мы хотим, чтобы молодые художники, литераторы, артисты почувствовали, что комсомол – их надежный друг, который может их всегда поддержать. Например, мы можем помочь нашим молодым печататься. У нас хорошая база: газета, два журнала для молодежи, один для школьников, есть издания для малышей, для детей постарше. Здесь могут проявить себя писатели разных жанров.

Одна из основных форм сотрудничества творческой молодежи и комсомола, которую, напомню, мы используем вот уже тринадцатый год, – летние семинары молодых деятелей искусства.

Во время такого семинара творческая молодежь встречается, как вы, конечно же, хорошо знаете, с ведущими композиторами, писателями, архитекторами, актерами, с руководителями творческих союзов. Молодые художники имеют возможность подискутировать по актуальным проблемам, связанным с творческим процессом.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 6-м номере читайте об одном из лучших режиссеров нашей страны Никите Сергеевиче Михалкове, о  яркой и очень непростой жизни знаменитого гусара Дениса Давыдова, об истории любви крепостного художника Василия Тропинина, о жизни и творчестве актера Ефима Копеляна, интервью с популярнейшим певцом Сосо Павлиашвили, детектив Ларисы Королевой и генерал-лейтенанта полиции Алексея Лапина «Все и ничего и многое другое.



Виджет Архива Смены