— Наглый, грязный клонинг... Хорошо, что другие не…
Что я сделал потом? Ничего не помню...
Хензег обеспокоен. Он видел, кто вышел из моей комнаты, выследил его и риказал ликвидировав. Ночью. Чистая работа. Без шума и без свидетелей. Без воображения. Хензег всегда продумывает все дела до конца. И все-таки он обеспокоен. Приходит ко мне и долго расспрашивает о разговоре с клонингом. Я ничего не скрываю. Не скрываю и того факта, что клонинг, которого мы считали мертвым, до сих пор жив. И того, что я никогда не верил в его смерть.
— Дорогой мой Зибель, — говорит Хензег и испытующе смотрит на меня. — У тебя есть только два пути. Подумай!
Он улыбается и уходит. Улыбка не предвещает ничего хорошего. Я остаюсь один. Два пути, сказал Хензег, что он имеет в виду? Один путь — смерть. А второй? Тоже смерть. Что выбрать. Разве это выбор? Покончить с собой или быть убитым — существует ли какая-нибудь разница? Видимо, существует.
А позже ко мне приходит Андриш. Мы разговариваем как старые друзья. Вспоминаем добрые старые времена. Смеемся, но Андриш нервничает. Бедняга! Здорово его обработал Хензег, выглядит мягким, как глина.
— Мы с тобой всегда делили трудности и опасности. — Андриш выпрямляется. — Ты был мне настоящим другом. Позволь оказать тебе услугу.
Он оставляет у меня на столе маленький пузырек с зеленой жидкостью. Мы оба стараемся не смотреть на него.
— Спасибо тебе, дружище, — роняю я.
— Хочешь... сыграем в шахматы? У тебя еще есть время...
И смотрит на стенные часы. Сколько у меня еще времени?
— Около трех часов, — говорит Андриш в ответ на мой немой вопрос. — Но лучше тебе поторопиться...
Он оставляет меня одного. Он никогда не проигрывал.
Срок, установленный генералом Крамером, еще не истек.
— Они давно тебе не верят, — говорит Елена со стены. — Вспомни, с каких пор тебя не приглашают на совещания!
Я вспоминаю.
— Настал твой час, — злобно шепчет Старик. — Как ты думаешь, зачем прислали Папанелли?
Я прекрасно знаю, зачем его прислали, никогда не заблуждался на этот счет. Никого ни о чем не стану просить. Старик уселся в угол и смотрит на меня в упор, мстительно сверкая глазами. И в голосе, старческом и тонком, звучат мстительные нотки:
— Пришел твой час. Это каждого ожидает. Покажи нам теперь, как нужно встречать смерть. А мы посмотрим. Видишь, скольких я с собой привел? Помнишь их? Знаешь их?
Комната полна людей, и все они мертвы и потому не могут быть здесь, и все-таки они здесь, и, если я подниму глаза, я их увижу. И узнаю.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.