Испытание совести

Георгий Яковлев| опубликовано в номере №1264, январь 1980
  • В закладки
  • Вставить в блог

Уже больше года прошло с тех пор, как скандально закончилась столь торжественно начатая «рекордистская оперетта» – так окрестили тот случай горняки. Сняли за очковтирательство директора шахты Филиппа Укатова, «строгача» получил Никита Зотов, генеральный директор производственного объединения «Грушиноуголь». Восстановлен в прежней. должности начальник участка молодой горный инженер Олег Груздев, который не пошел на компромисс со своей совестью – назовем это так. И все вроде бы решилось по справедливости, как и должно быть, как этого ждали в шахтерском коллективе, хотя и находились такие, что зудели: «Да прикроют все, рука руку моет...» Не прикрыли, выдали всем сполна. Вот только у Олега Груздева осталось в душе то. что жжет его. бередит ночами, как зубная боль, – это предательство Андрея Климова, механика участка. Со стороны, может, подобное определение кому-то и покажется жестоким, даже несправедливым. Но Олег считал, что с друга, каким был для него Андрей, в таких ситуациях нужно спрашивать по самому большому счету: И похоже, что ничего-то Андрей так и не понял из всей той истории, а потом и вовсе забыл о ней – отмахнулся, словно сбросил с головы упавший с дерева листок. А вот он, Олег Груздев, не забыл, не может забыть...

На его участке только что завершились успешные испытания струговой установки новой конструкции. Не прошло и месяца после испытаний, а бригада Семена Глаголева уже шла на всесоюзный рекорд. Две недели люди работали, . забыв обо всем на свете, не видя ничего, кроме бесконечной ленты груженных углем вагонеток, что откатывались от лавы. За сутки участок выдавал на-гора до семи тысяч тонн антрацита, полностью загружая подъем и, конечно, притормаживая работу других участков. Все это заранее предвидели: тогда многим ГРОЗам – так называют на шахте горнорабочих очистного забоя – предложили отпуск, а другим пообещали даже при простоях средний заработок. Сам Семен, коренастый, строгий, перед каждым спуском в шахту трижды сплевывал через левое плечо, на смешки товарищей не сердился, потому что лучше других знал, как капризна бывает природа, – сталкивался за двадцать лет подземного стажа со всякими неожиданностями стихии.

Идея поставить всесоюзный рекорд на новой установке принадлежала руководителю объединения «Грушиноуголь» Н. И. Зотову. Так что директору шахты «Северо-Грушинская» Укатову оставалось только поддакнуть:

– За доверие спасибо, Никита Ильич. Не подведем...

Но за этой фразой сквозило беспокойство, хотя специалисты объединения все уже расписали как по нотам. Требовалось только скомплектовать бригаду да расставить ремонтников так, чтобы все смены давали уголь без передышки. Подобная организация труда всегда применялась на угольных предприятиях, когда требовалось выжать из нового комплекса все, чтобы проверить его на перегрузках. Вот эти испытания новой техники и решили использовать для штурма рекорда. Директор шахты на общем рабочем собрании тогда высказался так:

– Ваш рекорд, дорогие товарищи, будет маяком, к его свету потянутся другие коллективы...

Выступивший вслед за директором председатель шахткома профсоюза Василий Сапов проникновенно говорил об оказанном высоком доверии и не менее высокой ответственности, ложащейся на плечи горняков. Олегу Груздеву представлялось, что после парадных выступлений между рабочими начнется жаркий спор: соглашаться на рекорд или нет? Но оказалось, что обсуждать ничего не надо, поскольку Никита Ильич – генеральный директор объединения – уже все утвердил. Оставалось лишь объявить во всеуслышание об инициативе коллектива его участка, взявшего новое социалистическое обязательство: перекрыть рекорд бригады Виктора Чижова, добывшей такой же струговой установкой в начале года за 31 рабочий день 197 тысяч тонн угля.

Сапов тогда ободряюще кивнул Груздеву головой:

– Пусть начальник участка выскажется. Мне кажется, ему по душе круглые цифры. – Он улыбнулся, довольный такой ловкой подсказкой.

– Раз доверено, что ж, мы постараемся, – невнятно произнес Олег, поглядывая на Укатова.

– А конкретнее можно? – попросил тот.

– Дадим двести тысяч за месяц...

– Иного ответа мы и не ждали, – одобрительно сказал Укатов.

До чего же хотелось Олегу Груздеву, чтобы этот месяц прошел как можно быстрее. Бригада Глаголева, состоящая из полутораста человек, разбитая на четыре звена, изо всех сил тянула рекордсменскую колесницу. Самые опытные шахтеры, отобранные в новую бригаду со всех участков, слаженностью действий напоминали хорошо отрегулированный механизм. На каждого из них ежесуточно приходилось втрое больше угля, чем добывали они в обычные дни. Но вдруг геология свинью подложит? У Олега даже в груди что-то сжималось, когда представлял такое. Поначалу штурм рекорда ради престижа вызывал у Олега как грамотного инженера немалые возражения, но теперь и его и других тоже – он видел это – увлек азарт трудового соперничества: во что бы то ни стало перекрыть результат бригады Чижова...

В откаточном штреке ровно дул ветерок – вентиляция работала хорошо. Олег шел по путям, с удовольствием вдыхая такой привычный запах сырого дерева и еще чего-то неуловимого, присущего только угольной шахте. Во второй смене на струге заменили нижние ножи, и он работал легко, без рывков скалывая уголь. Черным ручьем антрацит бесконечно плыл по ленте конвейера. Молодой механик участка Андрей Климов, пригнувшись, пристально вглядывался: не перекосило ли опорную плиту с магнитами для автоматического реверса струга. Стальной «утюг» дошел до нижней части лавы, коснулся магнитов, и сразу же сработали переключатели, заскрежетала калибровочная цепь, потянула струг вверх.

– Ну и силища! – восхищенно сказал Климов. – А, Олег Николаевич? До чего ж умная машина, прямо как человек.

Все на шахте знали о причудах Климова. Он до того был влюблен в технику, что порой жалел спускать новое оборудование в забой, тянул с осмотром, монтажом, пока не нарывался на скандал. «У нас ведь варвары, а не слесари, – обычно оправдывался он. – Разве углядишь...» И любовно поглаживал стальной бок какого-нибудь новенького перегружателя.

Пришел Андрей на «Северо-Грушинскую» по распределению после института, имея на руках диплом с отличием. Худощавый паренек при первом взгляде не внушал особого доверия. Все же его сразу назначили механиком на участок Груздева. Обращался Климов к Груздеву по имени-отчеству, внимательно слушал, когда тот просвещал его о положении в забоях и перспективах участка. А когда Груздев узнал своего механика поближе (с его помощью на участке внедрили струг новой конструкции, благодаря чему установили рекорд добычи угля по бассейну), то и совсем проникся уважением к неприметному, скромному парню, беззаветно влюбленному в технику...

Во время короткого перерыва Груздев и Климов подошли к Семену Глаголеву. Тот стоял, упершись коленями в стальную плиту корпуса струга, и легонько тюкал обушком по кровле.

– Тут вроде держит, – повернулся он к механику и начальнику участка, – а вот ниже «бунйт».

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

Виджет Архива Смены