На фотографии — Красная площадь, залитая весенним радостным солнцем. Видно, фотограф много часов провел на крыше Исторического музея, чтобы выхватить из потока мгновений одно-единственное, которое так непосредственно и взволнованно передавало бы величие Кремля, красоту собора Василия Блаженного.
Парень долго стоял перед стендом. Я подошел к нему и спросил по-немецки:
— Нравится Москва?
— Я видел ее год назад, — ответил он по-русски со слегка заметным акцентом, — всю неделю у вас шли дожди, Москва выглядела мрачной.
— Вы хорошо говорите по-русски. Жили у нас?
— Нет. Я знаю английский, французский. Выучил и русский. Из любопытства. Хотел читать ваши газеты и журналы.
— Какой же отдаете предпочтение?
— Детской «Пионерской правде». В ней меньше всего политики...
— Макс Циммер! — закричал кто-то снизу.
— Простите, — мой собеседник протянул руку, — я тороплюсь.
И он быстро сбежал по лестнице.
Через несколько дней, когда закончился Всемирный нефтяной конгресс во Франкфурте-на-Майне, я с двумя своими друзьями, учившимися в ФРГ, Николаем Квасовым и Валерием Беднягиным, оказался в городе Майнце.
Надвигалась гроза. Воздух оцепенел. Смолкли гудки катеров, носившихся по реке, перестали шелестеть шины автомашин, утих ребячий гам на детской площадке, опустели улицы.
Вот упали первые крупные капли, и мы, не раздумывая, в несколько прыжков пересекли деревянный настил и очутились в маленьком плавучем ресторанчике. Народу было немного. В одном углу трое американцев лили рейнское вино, в другом — семь-восемь немцев потягивали баварское пиво.
Мы устроились у самой воды. Услужливо подлетела официантка. Мы тоже заказали пиво и начали отводить душу. Наконец-то можно вдоволь наговориться по-русски! Мои друзья уже много месяцев провели здесь, и новый человек с Большой земли для них — праздник.
Рейн вспенился. Словно миллионы гвоздей вбивали в его спину. Крупные капли дождя весело тарабанили по тенту...
Их мелодию нарушил перестук каблуков по настилу. Человек вошел в ресторанчик, снял плащ и повернулся к нам. Я узнал его: Макс Циммер. Он также увидел меня, подошел, поздоровался со студентами.
— Если гора не идет к Магомету, значит, он идет к горе. Так, кажется, у вас говорят?
— У «ас еще при этом спрашивают, — ответил я не очень дружелюбно, — каким ветром занесло?
— Я знал, что вы приедете. Они сказали. — Он указал на студентов. — Я учусь здесь, в университете. А вы, конечно, не могли не приехать в Майнц, не посмотреть на наш университет и на колонну Наполеона? Этот обитый гвоздями столб у всех иностранцев вызывает восторг, а я, честное слово, не нахожу в нем ничего особенного. Еще одна человеческая бессмыслица.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.