За какие-то тридцать рублей (!!) За обещанный лифчик жене Поплатился ты жизнью своей, Неподвижный лежишь на спине.
Цитата не требует особых комментариев. Автору не приходит в голову, что у рабочего могут быть какие-либо иные стимулы к труду, кроме необходимости покупать жене лифчики.
Жестоко обиженный действительностью (о чем он упоминает почти в каждом стихотворении), Приблудный стремится уйти от нее туда, где ничто бы ему о ней не напоминало. С умилением вспоминает он о далеком и заброшенном Каменец-Подольске, который
Куда идет, зачем живет - не знает и не
ведает.
Но от зарниц лазоревых до розовых
зарниц
Поет и пески слушает, трудится и обедает
И некогда следить ему за кодами столиц.
Поэт идеализирует эту отсталость, неподвижность, противопоставляя заброшенный городок с «мостами деревянными, высокими, веселыми, каким подобных нет» суровой столице, где поезда «ползают, пугая и звеня», идейно смыкаясь, таким образом, с корифеями кулацкой поэзии - Клюевым, Клычковым Орешиным.
Если ко всему уже сказанной прибавить другие «идейки», характеризующие «С добрым утром» Приблудного - уход от актуальных проблем современности в личные переживания, пустота и никчемность тематики, назойливая жажда мещанского счастья и, наконец, пустая словесная эквилибристика, - то перед нами во весь рост встанет яркая фигура воинствующего мелкого буржуа.
Вот он стоит перед нами в гордой позе, Иван Приблудный. Он ноет, жалуется на бренность жизни сей. Он вспоминает свой «любимый», «зеленый» Каменец-Подольск и, горько рыдая, жалуется:
Я так хотел бы вырваться к цветной твоей обители, Чтоб рассказать садам твоим, вздыхающим росой, Как без вины, без жалости в пути меня обидели, Какие тучи, тяжести висели надо мной.
Но гордость, болезненная гордость мелкого буржуа ни на МИНУТУ не покидает Ивана Приблудного. Он пренебрежительно, свысока смотрит на будничную советскую действительность. Он гордо возвышается над ней, воображая себя пупом земли.
... Я не устал от бурь еще. Пришиблен этим грохотом И нуждами гоним, Я нужен здесь, как праздники Для жизни этой будничной, Как доктор для чахоточных, Я здесь необходим.
Иван Приблудный упорно пытается убедить читателя, что он здесь в столице отдаст дешево «жизнь свою дешевую».
Мощная поступь социализма беспощадно давит идеалишки мелкого буржуа. Но Приблудному не хочется отдать себя «дешево», он пытается повернуть колесо истории, вылечить «чахоточную» действительность, в нем просыпается болезненная гордость героев Достоевского. Но если гордость Раскольникова была трагична, то «гордость» Ивана Приблудного выглядит жалкой и беспомощной, как мокрая курица.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.