Герберт ухмыльнулся:
— Денег, которые просили за это «дело», я, наверное, не заработаю за всю мою жизнь. Соблазнить же на такую сделку мне тоже никого не удалось.
Герберт Йон замолчал, надел очки и, наклонившись вперед, положил обе ладони на стол в знак того, что беседа подошла к концу. Потом улыбнулся, резко встал, быстро пожал мне руку. Через мгновение его силуэт растаял в солнечном прямоугольнике дверей «Тьендеситы». Так же, как и возник а нем два часа назад. Растаял вместе со своим незавершенным мифом, полным тайн, намеков и недомолвок
В 10-м номере читайте о трагической судьбе правительницы Анны Леопольдовны, об интересных фактах из жизни Жоржа Сименона, об отношении Михаила Булгакова к двум его любимым городам – Киеву и Москве, о непростой актерской судьбе народной артистки СССР Марии Бабановой, продолжение остросюжетного романа Александра Полянского «Жара» и многое другое.