«Пахарь Микула Селянинович, певец-гусляр Садко, богатыри - Илья Муромец, Добрыня Никитич, Алеша Попович... Мы узнали и полюбили их еще в детстве. А пришли они к нам вместе с народными эпическими песнями.
Во стольном было городе во Киеве, У ласкова государь князя Владимира...»
Былина... То, что было... Что это - художественный вымысел или исторический факт?
Трудно представить реально существовавшими богатыря, «выше лесу стоячего, головой под облако ходячее», или Садко, вернувшегося со дна морского. Но ведь есть в народных сказаниях люди, наделенные обычными человеческими качествами!
Одно из былинных имен исследователи долгое время связывали с летописными источниками. В начале XII века Владимир Мономах за неосторожную похвальбу на пиру заточил боярина Ставра в «погребы глубокие» с «дверями железными» и «замками булатными». Но одно ли и то же лицо Ставр в былине и в летописи? Может быть, тут случайное совпадение? Да и существовал ли Ставр вообще? Никто лучше самого Ставра не смог бы сказать об этом. Никто...
И боярин неожиданно заговорил.
Из глубокой древности дошли до нас старинные русские надписи, граффити: своеобразные живые голоса древних людей. До сих пор граффити были мало изучены. Сейчас эти современники Владимира Мономаха и Ярослава Мудрого раскрывают тайны своей эпохи.
Интересная надпись найдена недавно в Киеве, в Софийском соборе. Впервые надписи Софийского собора - среди них и предполагаемый автограф Владимира Мономаха - обнаружил во время войны академик Б. А. Рыбаков. Впоследствии ученый посоветовал сотруднику музея С. Высоцкому заняться ими. Высоцкий с энтузиазмом взялся за работу.
В некоторых местах на стенах из-под позднее наложенных слоев отчетливо проступали старинные надписи, несомненно, относившиеся к очень раннему периоду развития древней Руси. Об этом свидетельствовали особенности их написания, орфография.
Пядь за пядью вместе с реставраторами Высоцкий расчищал стенную роспись. Обнаружилась первичная штукатурка и на ней - отчетливая надпись: «Господи, помоги рабу своему Савърови недостойному рабу твоему». И еще: «Писал Савър Городятиничь».
Неужели это Ставр, летописный воевода, упомянутый князем Владимиром Мономахом в его «Поучении»?..
Вот что ответил на этот вопрос первооткрыватель старинных русских граффити академик Б. А. Рыбаков:
- Надписи, обнаруженные в Софийском соборе, очень хорошо объединяют летописного Ставра Гордятича, сотского Ставра и былинного боярина, старого Ставра Годиновича.
Воевода Ставр, с именем которого Высоцкий связывает найденный автограф, сопровождал юного Владимира на его первый княжеский стол в Смоленске. Спустя тридцать лет Владимир счел нужным сообщить читателям своей автобиографии, что Ставр Гордятич вместе с великим князем Изяславом направился в Берестье, где поляки сожгли крепость.
Дополняя выводы Высоцкого, можно предполагать, что это автограф Ставра, упоминаемого также в летописи 1118 года, где указывается и его должность - сотский. И в летописи и в былине рассказывается один и тот же эпизод: князь Владимир вызывает из Новгорода в Киев некоего Ставра - боярина в былине, сотского в летописи - и заключает его в погреб. Былина затем продолжает эту историю: молодая жена спасает Ставра из заточения, выиграв его у князя в шахматы.
Надписи, обнаруженные в Софийском соборе, сделаны почерком XI-XII веков, но разной рукой. Одна из них сделана твердо, с особыми индивидуальными чертами, другая - совершенно иным, более размашистым почерком и как бы поясняет первую, рассказывая читателю о том, какой именно Ставр скрывается за формулой «недостойного раба». Сделана она рукой киевлянина, о чем говорят особенности написания: «чь» вместо «ць». Она удостоверяет, что расположенная рядом первая надпись является автографом этого Ставра, и в то же время говорит нам о том, что Ставр был чем-то примечателен для современников-киевлян. Отчество Ставра дано здесь иначе, чем в «Поучении» Мономаха, где оно сильно искажено, но несомненно, что оно также происходит от имени «Горъдяты», так как ударения в древнерусских отчествах часто ставились после коренного слога, например, Олгович. Здесь наиболее вероятна форма «Горъдятинич», которая вполне объясняет былинную «Ставр Годинович» из действительной «Ставр Гордятинич». Все это позволяет с полным доверием отнестись к былинной характеристике Ставра Годиновича. Он действительно боярин, действительно «старый» (к 1118 году ему должно было быть около 70 лет), наказанный князем. Владимиром.
Надпись Ставра - пока единственный случай, когда удалось обнаружить вещественные следы русского эпического героя.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Разоблачения, исповеди, признания