- так озаглавлено творение Демидова. Вот оно - от первой и до последней строчки.
«В большинстве случаев тяга к девушке является весной, потому что их больше где - нибудь на гуляньях в саду или еще где - либо на улице, где обычно собирается молодежь гулять. Встречаешь девушку, которая понравилась, - начинаешь действовать записками или через кого - либо из знакомых»...
Вы чувствуете, читатель, какою конкретностью, простотой дышат даже первые строчки демидовского стиля.
«В результате знакомишься с ней, - продолжает Демидов, - и вот тут - то начинается вся история, а именно: с первого дня знакомства чувствуешь себя стеснительно, боишься оскорбить новую знакомку...»
Ну, конечно, разве допустимо оскорблять девушку, которая нравится! Однако...
«...однако, - развивает свою мысль Демидов, - такое стеснение продолжается так, примерно, дня три - четыре».
Вывод несколько неожиданный! Но проникнитесь, читатель, клинической точностью автора.
«Видя, что она (читай: девушка) идет на уступки, начинаешь действовать гораздо смелее, нежели в первые дни. Начинаются поцелуи и т. д.».
Мы осмелимся обратить внимание читателя на автобиографический тон повествования. Кстати, насколько наивно - благороден этот юноша: вероятно, поцелуи он считает оскорблением!
«С появлением весны (тон Демидова торжественный) вся молодежь начинает гулять где - либо в садах или на берегу реки или отправляется в поле собирать цветы».
Картина, веселящая душу: пастушеская идиллия! Неизбежно представляются девушки с лютнями в руках и юноши, увенчанные цветами, водящие веселые хороводы. Удивительная идеальность представлений автора! Но читаем дальше:
«А также при появления весны у нашего брага, молодых ребят, получается сильное возбуждение: кровь начинает бить фонтаном.
Ничего себе парнишки, к ним, небось, опасно подступиться, как к действующим нефтяным вышкам. Признаться, мы не ожидали подобного имажинизма от автора. Однако, Демидов, не смущаясь, продолжает быть искренним:
«Между прочим, вообще - то весна поднимает настроение духа (обратите внимание: духа!), зимой почему - то мало думаешь о женском персонале, а если иногда какая - нибудь заблудившая (!) мысль появилась, то другая мысль появляется откуда - то издалека, и начинает подсказывать тебе: «нет, зимой холодно» и первая мысль исчезает».
Почему так отражается на вас, товарищ Демидов, холод? Что же зимой вы не можете встречаться с девушками? Ну, познакомиться, ну, пойти в клуб, встретиться в читальне, на лекции, в ячейке (хотя, кажется, наш учитель из беспартийных), сдружиться. И что же - всему этому препятствует холод? Бедные поэты, сколько они трудились, изобретая всякие прилагательные к слову «любовь»: нежная, братская, возвышенная, мечтательная, святая... Изобретены даже «цыганская» и «африканская» любви, а вот Демидов, кажется, выступает с проповедью любви подзаборной. Потому что ему - холодно! Сознаемся, не нова эта теория, но с адвокатом (по современной терминологии - защитником) такой любви мы встречаемся впервые.
«Что же касается весеннего времени, то тут получается совершенно иная картина: если появилась мысль о женщине, так она так запечатлеет (выражение подлинника), что никакая сила воли не сможет эту мысль выбросить из головы».
вы чувствуете, товарищи - девушки, насколько предан вам наш проповедник! Но «святая святых» откровений Демидова еще впереди:
«Весна красна цветами, вот тут - то при появлении цветов и вообще все зелени молодая кровь молодого человека начинает бурлить основательно (?!) и он вынужден искать себе женщину для того, что бы успокоить бурливую свою кровь».
Замечательно! Бедные цветы и «вообще вся зелень», если бы они знали, какую трагедию выкамаривает Демидов, ссылаясь на них, - они вероятно перестали бы расти. Но ведь мы не аскеты, и Демидов ничего такого ужасного не сказал: искать женщину не запрещается! Вот только как и для чего искать? - об этом говорят следующие строчки Демидова:
«Но когда только, использовав одну девушку, у тебя появляется тяга к другой, добившись намеченной цели, вторую точно так же бросаешь, как первую.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.