Атака стрелой

  • В закладки
  • Вставить в блог

Виктор Кровопусков, заслуженный мастер спорта, чемпион Олимпийских игр 1976 года по фехтованию

Один из моих спортивных «трофеев» – старинный обоюдоострый палаш, приз за первое место на чемпионате мира среди юниоров. Тускло поблескивая, он лежит в бархатной коробке. На покое. Мне нравится думать, что когда-то он, возможно, был «в деле» и славно послужил своему хозяину...

Каждый день я прихожу в зал, опускаю на лицо маску и вступаю в бой. Моим оружием никого нельзя убить и даже ранить трудно. Но как и в старые времена сабельных сражений, чтобы победить, ты должен биться. Ни на секунду не ослабляя внимания, защищаться и нападать. Предугадывая поступки противника, стараться перехитрить его. Он человек, а значит, его можно вывести из равновесия, сбить с толку... Но он сопротивляется: он тоже хочет выиграть!

Спортивная сабля – гибкий стальной прут, тоньше мизинца, закругленный на конце. Кисть руки защищена от ударов гардой. Если в спортивных рапирах и шпагах, которыми можно только колоть, гарда похожа на опрокинутую пиалу, то в сабле – оружии и колющем и рубящем – она прикрывает кисть еще и снизу, соединяясь с рукояткой. На вооруженную руку мы надеваем перчатку. У меня она левая. Я не левша в обычном понимании, я только фехтую левой рукой. По узкой дорожке мы передвигаемся назад и вперед, повернувшись почти боком друг к другу, – ведь в отличие от героев рыцарских сражений для защиты у нас нет ни щитов, ни кинжалов. Саблей наносятся удары, саблей же и отражаются.

Может быть, я пристрастен, но мне кажется, что фехтование совершенно особенный, не похожий на другие вид спорта. И не только из-за оружия, но и из-за того, как здесь определяются победители. На узкой дорожке, лицом к лицу встречаемся мы друг с другом, и, как говорится, пусть победит сильнейший! Причем так проходят и личные и командные соревнования. Непосвященный зритель может не заметить разницы между теми и другими, даже если ему и скажут, что в фехтовании в отличие от многих других видов спорта во всех крупных турнирах (скажем, на мировых чемпионатах и олимпиадах) разыгрываются комплекты медалей и в личном и в командном зачете.

Разница между тем есть, и очень существенная. В борьбе за свою индивидуальную победу нам приходится сражаться и со своими товарищами по команде, а очки идут в твою личную «копилку». В борьбе же за общую, командную награду ты, хоть и оказываешься один на один с соперником, тем не менее все время чувствуешь себя членом сплоченной дружины, ни на секунду не забываешь, что обязан добыть победные очки для «копилки» командной. Для спортсменов нашей фехтовальной школы эта, коллективная, борьба всегда носила характер более принципиальный. Так мы воспитаны.

Нас, входящих сейчас в сборную страны по сабельному фехтованию, называют обычно «друзья-соперники». Это очень точная формулировка. Владимир Назлымов, Виктор Сидяк, Михаил Бурцев – с них начинается список моих главных «конкурентов». Миша Бурцев, Витя Сидяк, Володя Назлымов – с этих имен начал бы я и перечень ближайших моих друзей. И не случайно в принятом выражении слово «друзья» стоит впереди. Да, мы соперники, но прежде всего друзья. Одна команда.

Четыре года назад я вместе со всей командой советских фехтовальщиков летел в Монреаль на свою, первую Олимпиаду. В хвосте самолета болтались мешки с нашим оружием, а мы так шумели и веселились, будто встретились после долгой разлуки. В аэропорту Шереметьево лег рубеж, оставивший за собой и предолимпийские отборочные ступени, и совместные тренировочные сборы, и волнения по поводу «возьмут – не возьмут». Летим!

За шутками все мы прятали тревогу. Добиться права стать олимпийцем – уже счастье. А победить... Недаром экс-чемпионов Олимпийских игр не бывает: этот титул – на всю жизнь. Мы знали: борьба будет до крайности напряженной. И все-таки мы летели побеждать!

К тому времени фехтовальщики СССР уже около двадцати лет подряд побеждали в общекомандном зачете на всех мировых первенствах и Олимпийских играх (вот только в Мюнхене венграм удалось нас обойти). Нам, саблистам, можно было гордиться своими предшественниками. Первое поколение – Яков Рыльский, Лев Кузнецов, Давид Тышлер и другие – в свое время отважно врубилось в стройные порядки тогдашних хозяев фехтовальных дорожек: венгров, итальянцев, поляков, французов. Эта блестящая команда сменилась другой, развившей победные традиции: высшие титулы завоевывали Умяр Мав-лиханов, Борис Мельников, Нугзар Асатиани, Марк Ракита...

Поначалу нашим сабельным дружинам приходилось очень трудно. Но уже на чемпионате мира в 1955 году они завоевали бронзу. Олимпийские игры 1956 года – и снова у советской команды саблистов третье место. Наверное, они смогли достичь успеха там, в Мельбурне, лишь потому, что были не собранием «звезд первой величины», а спаянным коллективом бойцов. Как свысока глядели на наших ребят зарубежные знаменитости! Как скептически относились судьи! И ,все-таки им сообща удалось выстоять. Впоследствии, на Олимпиадах в Токио и Мехико, советские команды саблистов завоевали золотые медали, а в Мюнхене – серебро.

В Монреале мы обязаны были продолжить эти традиции командной борьбы. И все же, когда для одного из важных поединков за золотую медаль командного первенства на помост был вызван Владимир Назлымов, мы все – Виктор Сидяк, Эдуард Винокуров, Михаил Бурцев и я – замерли, не отрывая глаз от Владимира, капитана и комсорга нашей сборной. А он выглядел собранным и даже не очень уставшим, хотя позади было уже много боев. Не знаю, как другие, а я тут же успокоился. Кто-кто, а Назлымов не подведет. Из 32 поединков за команду он уже выиграл 29. Этот обязательно будет 30-м.

Его противник – Микеле Маффей, чемпион мира, один из сильнейших в итальянской команде. На костюме крупная надпись: «МАФФЕЙ». Необходимости в ней нет: саблистов не нужно отличать, как хоккеистов, когда они мелькают на поле, стремительно меняясь местами. Но он, видимо, считает, что лишний раз позаботиться о своей популярности не повредит. Он тоже собран до предела: знает, что сейчас легкого боя не будет. Четверо судей застыли по углам помоста. Еще несколько секунд – и они тоже придут в движение, чтобы все время быть в удобной для наблюдения позиции.

Звучит команда, и Назлымов первым начинает бой. Он делает несколько быстрых шагов вперед, теснит итальянца. Маффей сначала уступает ему часть дорожки, но потом короткими нападениями отвоевывает ее обратно. Ему нужно быстрее уйти из опасной двухметровой зоны у линии предупреждения на задней границе поля боя. За нее переступать нельзя – засчитают штрафной удар. Несколько мгновений они быстро передвигаются «челноком». Это и разведка и маскировка одновременно. И вдруг Владимир бегом, как по команде «марш!», бросается на Микеле. И как тот ни насторожен, атака застает его врасплох. Панически отступая, он, однако, успевает резко выбросить вперед руку, отчаянно пытаясь нанести удар «в темп» по маске. («Эх!» – слышу я рядом. Кажется. Сидяк...) И тут оказывается, что как раз на это и рассчитывал Назлымов. Почти не замедляя бега, он перехватывает клинок соперника и наносит первый удар. Счет 1:0. Дебют хорош, но до пятого, последнего, удара еще так далеко...

И снова они на середине дорожки. Маффей немного пятится, наверное. опасается такого же бурного нападения. Шаг назад, еще один... Он отступает все глубже... Ну, вот – он сам бросается вперед, в мощную атаку с «финтами», с глубоким скачком и выпадом! Владимир защищается, бьет в ответ... Но угловые судьи единодушны в своем решении. Они считают, что итальянец его «достал». а защита Назлымова запоздала. «Туше», – заключает старший судья и указывает на Назлымова, как бы ставя точку в завершившейся фехтовальной «фразе». 1:1.

Бой возобновляется дистанционной игрой. Чего же наш комсорг ждет? Надо идти вперед, а то Маффей на радостях кинется «добивать». Но Владимир все выжидает. Он бдительно сторожит каждое движение итальянца, уходя от опасных моментов, быстро отступает, когда тот пытается развить атаку. Итальянец. я вижу, прощупывает «глубину» этого отступления... Комбинация шагов, скачков, полувыпадов, и – вот оно – Маффей снова бросается в стремительную длинную атаку. Но... с разбега натыкается на конец сабли! Назлымов поймал-таки его в ловушку: не отступил, как рассчитывал Маффей, а лишь изобразил отступление. А сам остался на месте, направив острие сабли в грудь соперника

Маффей потрясен, сразу видно. Вот он прозевал выход Назлымова в атаку, и арбитр снова присуждает туше Маффею. 3:1. Ну, теперь наш капитан окончательно становится хозяином положения. Противник сломлен, а значит, будет повержен. И хотя Владимир, увлекшись тактической игрой, получает еще один удар, все остальные достались только итальянцу. 5:2.

.Мы завоевали в Монреале все награды, какие только можно было получить за фехтование на саблях: золото за командную победу и три медали – за личные. Серебряную – Назлымов, бронзовую – Сидяк, а золотая стала моей.

Что сказать? Счастлив я был безмерно. Весь пьедестал почета был наш. мы, вечные друзья-соперники, стояли там втроем, слушали, как исполнялся Гимн Советского Союза, и – я уверен – чувствовали одно и то же. Только я, наверное, больше всех. Ведь это была моя первая Олимпиада. Лишь когда сам участвуешь в ней, по-настоящему понимаешь, что это такое.

Иногда встречаешь в газетах формулу: «Личная ответственность спортсмена». На Олимпиаде груз этой самой ответственности – вещь нешуточная. Надпись «СССР» на тренировочном костюме ощущаешь кожей. И я думаю, что каждый советский спортсмен знает: его победа нужна не только ему, она нужна всем его товарищам, всем любителям спорта, нужна стране. И радость и горечь с тобой разделяют тысячи и тысячи людей.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

Виджет Архива Смены