Абрамцевские рукомесла

Людмила Коханова| опубликовано в номере №1330, сентябрь 1982
  • В закладки
  • Вставить в блог

Этим лесом по грибы, по ягоды, на охоту ходили Аксаков, Гоголь. Щепкин, Станиславский. Мамонтов, Васнецов. Поленов. В близлежащих деревнях знакомились они с произведениями народного промысла, собирали образцы. От тех лет остались нам в наследство запечатленные резьбой по дереву хитросплетения стволов, ветвей, листьев, травы, паутины. То, что называем сегодня абрамцево-кудринской или плоскорельефной резьбой. В обиходе «кудринкой».

И нынче в этих лесах, в нескольких минутах ходьбы от платформы «Абрамцево», что на Ярославской железной дороге, бродят люди с этюдниками. Тихий бег неторопливых речек, учит размышлению. Особая пластика и неповторимая мелодичность стройных серо-зеленых осин, могучих елей в голубоватых смоляных подтеках дают первые уроки композиции. Белые березы, по ступенчатому скату спускающиеся к воде, так и просятся в камень, металл, дерево.

И. как сто лет назад, ученик берет в руки резец, стамеску, кисть.

... – Почему сто лет? – удивилась я. – Ведь Абрамцевское художественно-промышленное училище создано в 1957 году.

– Да, – согласился со мной директор училища, заслуженный учитель школы РСФСР Юрий Яковлевич Цыпин. – Как среднее учебное заведение мы существуем с этого времени. Но счет ведем все-таки от Абрамцевской мастерской, которая была создана для крестьянских детей в прошлом веке.

И показал шкаф, сделанный по эскизам художников того времени с автографом Васнецова.

«Мастерская шкалика с колонкой». Где-то читала, что так называла в шутку всю Абрамцевскую мастерскую Елена Дмитриевна Поленова. Это по ее и Елизаветы Григорьевны (жена Саввы Морозова) инициативе была создана столярная мастерская, находившаяся в конце усадьбы. Ученики мастерили полочки, стенные шкафики. столы-табуреты, шкатулки, ларцы и многие другие вещи. Украшались они чаще резьбой геометрической. Эскизы для них составляли Поленова и многие другие художники, навещавшие усадьбу. Старые фотографии, которые бережно хранят в училище, сохранили обаяние этих узоров. Состоящие из разных граней, объемов и линий, они воссоздают удивительные нежно-беловатые рельефные картины. Может, это ощущение и оттого, что сами фотографии стали белесыми от времени выцветшими. Но сохранившиеся в учебно-методическом кабинете – скорее, музее по богатству экспозиции, чем учебном классе, – подлинные шкафы тех времен, подтверждают, что, расписанные этими узорами, они по-современному красивы. Как и те стулья, скамейки, которые по старым образцам сделали сегодняшние ученики училища. Нет, не забыты эти приемы. Более того, их новая жизнь еще богаче прежней.

И не уступают в мастерстве наследники рукомесла тем, кто когда-то учился в этой школе-мастерской. Чьи поделки шли нарасхват в специально открытом в Москве на Поварской улице магазинчике с вывеской «Продажа резных по дереву вещей работы учеников столярной мастерской сельца Абрамцева, Московской губ… Дмитровского уезда».

Сегодняшние изделия учащихся Абрамцевского художественно-промышленного училища по традиции идут в магазин «Русский сувенир» на Кутузовском проспекте в Москве. Мастерские училища не так давно перешли на хозрасчет, работа стала восприниматься теперь не только как дело сугубо личное, но и как важное производственное задание. Его нельзя выполнить плохо. Дипломная работа, выполненная на «удовлетворительно», давно стала здесь редкостью. Событием «из рук вон выходящим». Только отличные и хорошие оценки.

Собственно, практическая направленность оказывает огромное влияние на творчество воспитанников учебного заведения. Это было и когда называлось оно школой кустарного ученичества. И когда в двадцатые годы переименовали ее в абрамцевскую профтехшколу. Кому, как не новому поколению было продолжать традиции ремесла их отцов, дедов. Интересные документы той поры донесло время. Табели, рабочие карточки учеников, учет затрат времени на операции, сводки, заметки из стенгазеты. Из них мы узнаем, что успеваемость в профтехшколе была только стопроцентной. Число ударников труда росло с каждым годом. Незнакомый нам ударник Дмитриев смотрит с фотографии в наше время спокойно и уверенно. Он мастерит стол, а может, табурет. Но назначение его – радовать человека. Украшать наш быт.

Сегодняшние наследники именно в этом и видят свою основную заботу – мастерить вещи, которые бы сделали нашу жизнь, полную штампованных, тиражированных вещей, красивой.

Новый комплекс училища вырос сравнительно недавно на окраине подмосковного города Хотьково. Рядом с многоэтажным учебным корпусом, общежитием – мастерские. В каждой будущий мастер может и обязан изготовить изделие своими руками от начала до конца. Сколь бы трудно это ни было. Даже девушкам, избравшим резьбу по дереву, приходится самим управляться с неподатливым сначала топором. Но освоение неписаного кодекса мастерового человека каждый должен познать на своем собственном опыте.

Обычный учебный день. Просторный коридор мастерских встречает многообразием звуков. Они несутся из-за каждой двери. Солирует пилорама. Здесь делают заготовки для резчиков по дереву. Их мастерская напротив. За резной дверью в стиле почти забытой домовой резьбы, вдоль рабочего стола с дневным освещением, на невысоких скамейках человек десять. Тема занятий – богородская резьба.

Склонилась над работой Клава Котова. На коленях аккуратно расправленный фартук. Длинные темные волосы стянуты на затылке. Чтобы не мешали. Клава режет весело. Уверенно вгрызается в дерево белый язычок стамески. Удивительно интересно наблюдать, как человек держит в руках дерево. Как работает с инструментом. Как воображение художника приобретает реальность. Клава и сама не знает, каким чудом этот миг приходит. Почему послушная стамеска выбирает здесь, а не в другом месте. Но больше всего она любит именно этот миг. Который можно назвать творческим прозрением. Тобою заработанным опытом. Сюда идет все, И те куклы из папье-маше и маски. которые делали в художественной школе. И глиняная скульптура из детства. Благо в окрестностях ее родного Богородска в Тульской области глины было много. И занятие живописью, которая научила видеть все вокруг в неожиданно прекрасном свете. Красивее стала жизнь, насыщеннее – цвета окружающего мира. Она научилась различать благодаря ей красоту дерева, которое держит в руках. Чувствовать его.

Программа училища по любой специальности построена так, чтобы работа в одной традиции дополнялась изучением другой. Прежде чем овладеть богородской традицией, то есть научиться резать деревянную скульптуру, надо овладеть геометрической резьбой, освоить абрамцево-кудринскую. Но мало знать только ныне существующие промыслы. Не менее важно способствовать восстановлению угасших. Что это такое, и каких трудов стоит, Леня Клочко знает не понаслышке. До училища он работал в Петрозаводске. Восстанавливал карельские традиции резьбы по дереву. Его работы демонстрировались на выставках, образцы рекомендовались для массового производства. Один сервиз местный краеведческий музей даже в экспозицию взял.

Это умение исторического поиска как нельзя кстати пригодилось ему в училище. Вот, например, городецкая резьба. Городецкая роспись прялок сейчас известна. Яркая, нарядная. А резьба совсем в Лету канула.

Ее сюжет прост, но выразителен. Дерево жизни, по бокам – два всадника. Фигуры людей решены условно. Инкрустация мореным дубом делает эти грубоватые с виду донца неповторимыми. Шпонки, с помощью которых они крепились, использовались в виде дополнительного орнамента. Художник по натуре, Леня Клочко подмечает все, что скрыто от наших глаз. Он сосредоточен, углублен в себя. Зато работы его полны юношеского оптимизма, поиска, динамизма. Вот задумал панно сделать. Решил использовать эти забытые промыслы, в том числе и домовую резьбу. Раньше ею в нижегородских деревнях украшали дома. Писано о ней много. Остались лишь фотографии. Самой ее нет. А почему бы этот монументальный промысел не ввести в оформление интерьера? Задал себе этот вопрос Клочко.

Преподаватель одобрил: хорошая у тебя мысль.

Разные они приходят в училище. Для одних, как для Сережи Кипяткова, школьные воспоминания не ограничиваются уроками. Связаны они с набором инструментов, фрезами, напильниками, стамесками, долотом, шлифовальной бумагой. Резать он начал в школьном кружке. Даже рисунки сам придумывал.

Для других, и таких, как правило, больше, таинства ремесла начинают открываться только в стенах училища. Здесь впервые узнают они названия инструментов, учатся держать их в руках. Событием становятся первые самостоятельно вырезанные треугольники по волокну, против волокна. Замытые сырные досочки из фаянса, гладкие. как отполированные водой морские камушки. Снятые с гончарного круга кувшин. крынка, кашпо. Иногда месяц, другой сидит ученик за гончарным кругом, и ничего не получается. И вдруг пошло. Это как голос должен прорезаться, замечают преподаватели. В большинстве своем они выпускники этого же училища. Причем не только учат, но и сами находятся в постоянном творческом поиске. Серьезно занимается деревянной скульптурой Александр Николаевич Петров. Пробует свои силы в новой технике цветопласта – декоративной керамике Виктор Юрьевич Котов.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 6-м номере читайте об одном из лучших режиссеров нашей страны Никите Сергеевиче Михалкове, о  яркой и очень непростой жизни знаменитого гусара Дениса Давыдова, об истории любви крепостного художника Василия Тропинина, о жизни и творчестве актера Ефима Копеляна, интервью с популярнейшим певцом Сосо Павлиашвили, детектив Ларисы Королевой и генерал-лейтенанта полиции Алексея Лапина «Все и ничего и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этом номере

Пою тебе, моя страна

Людмила Зыкина, народная артистка СССР, лауреат Ленинской премии отвечает на письма читателей «Смены»