48 часов под пыткой

  • В закладки
  • Вставить в блог

— А ты постарайся... Натяни как-нибудь, — настаивает Сильва Рейес. Сидя в кресле, он испытывает явное наслаждение от этого «спектакля». Он даже слегка подпрыгивает от удовольствия, когда удар попадает в цель и я корчусь от боли. Садист мистер Уильямс тоже похохатывает.

— И почему это у него не влезают ноги в ботинки? — спрашивает, давясь от смеха, Сильва Рейес.

— Вроде они чуть-чуть потолстели, — паясничает мистер Уильямс.

Комната сотрясается от громкого хохота.

— А я что говорю! И эти слабаки, которые распухают даже от ветра, хотят вырвать у нас власть! С ума сошли... — плюет через плечо Сильва Рейес.

Сесар Селедон, Сильва Рейес, мистер Уильямс и Агустин Торрес Лопес — все они, собравшиеся в комнате, злорадствуют и изощряются в остроумии. Луис Айала — племянник миллиардера Адама Паласиос — не может не внести свою лепту и обрушивается на меня с дубинкой. После серии ударов я замертво валюсь на пол.

Сильная боль пронизывает меня изнутри в правой части поясницы. Я думаю — и я не ошибся, — что у меня отбита одна из почек. Пытаюсь встать, но не могу...

— Ты перестарался, Луис, — морщится Сильва Рейес и добавляет: — С ним надо помягче и погорячее.

И вслед за тем, как бы под занавес Сильва Рейес берет обрывок туалетной бумаги и, протягивая его мне, говорит:

— У тебя очень влажно во рту... На вот, разжуй и проглоти этот вкусный бифштекс.

— Нет!..

— Ха, ха, ха!.. Жри, идиот, жри...

Мне прокаливают мозги

После целого дня непрерывных пыток мне кажется, что прошло всего несколько часов.

Снова пытки. Удары по лицу, в зубы, по телу, во все места... Кровь хлещет ручьями. В минутные передышки пробую, не перебили ли мне руки, осматриваю раны, источающие целый океан боли, и провожу языком по деснам, чтобы определить, сколько выбито зубов. Сплевываю сгустки крови. Захлестывает кашель. Легкие на исходе...

Сильва Рейес уходит. Очевидно, наступило время обеда. Теперь мной занимается лейтенант Торрес.

— Посадите его на стул и привяжите покрепче.

Я пытаюсь поднять голову, чтобы взглянуть на часы, но не могу... не хватает сил.

— Придвиньте его к «шарикам», — распоряжается Торрес.

Стул, к которому я привязан, подвигают к какому-то странному аппарату, закрытому брезентом. Потом чехол снимают и приставляют к моим глазам эти самые «шарики» так, чтобы я не мог сомкнуть веки.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

Во 2-м номере читайте об одном из самых противоречивых и загадочных монархов в  российской истории Александре I, об очень непростой жизни и творчестве Федора Михайловича Достоевского, о литераторе, мемуаристе, музыкальном деятеле, переводчике и  близком друге Пушкина Николае Борисовиче Голицыне, о творчестве выдающегося чехословацкого режиссера Милоша Формана, чья картина  «Пролетая над гнездом кукушки» стала  культовой. окончание детектива Варвары Клюевой «Черный ангел» и многое другое.



Виджет Архива Смены