Это рассказ о новом, самом крупном археологическом открытии в Северном Перу. Американский археолог Джин Сэвой, открывший в 1964 году развалины Вилькабамбы - древнего города инков, еще не успел отдохнуть от трудностей экспедиции, когда из джунглей неожиданно вернулись горные инженеры. Они сообщили новость: в связи с проектом строительства одного ответвления Южноамериканской магистрали им было поручено обследовать область к востоку от города Трухильо. Пробираясь через джунгли между реками Мараньон и Уальяга, они наткнулись на какие - то стены, заросшие лианами... Археолог немедленно собрался в горы с небольшой разведывательной группой. Они пошли на восток, из Трухильо на Патиас, к Мараньону; река им тут же подарила первое открытие: остатки горной крепости на обоих берегах. Археологи пошли дальше. Неожиданно их путь пересекла мощеная дорога, направленная с севера на юг. Сэвой знал о существовании дороги инков в Северном Перу и знал, что лежит она далеко на западе, на другой гряде. Наклонившись, он всмотрелся в кладку: что это? Совсем не инкская работа! Может быть, еще древнее? Волнуясь, группа вступила на неведомый тракт. Наконец достигнуто желанное место, затерянное среди лесистых холмов, на высоте двухсот восьмидесяти восьми метров над уровнем моря. Сэвой раздвинул ветви и почувствовал знакомый каждому археологу трепет: стволы, лианы, кусты и травы плотно оплели странное круглое здание с широкой лестницей, ведущей внутрь. Это было похоже на крепость, но не постройки инков... Несмотря на усталость, начали рубить лианы с северной стороны, и понемногу открылась вся лестница и примыкающие и ней части стены; высота ее была от трех с половиной до четырех с половиной метров, диаметр - около четырнадцати метров. Одна особенность сразу привлекла внимание: с обеих сторон стены в нее было вделано по пять голов, высеченных на торцах длинных каменных брусьев, заложенных в ее толщу. Головы эти были как бы вставлены в инкрустированные головные уборы двух типов: одни с прямыми перьями - лучами, расходящимися вверх, другие с лучами, направленными вниз. Все десять лиц были разные. Такой способ вделывания скульптуры в стену был известен у цивилизации чавинов, господствовавших в Перу в XX - X венах до н. э., но эти головы были сделаны, несомненно, позже. Открытия последующих дней превзошли все ожидания. Тщательно обследуя все вокруг и делая вылазки в джунгли, археологи встречали новые и новые круглые здания с рельефами кондора или орла, с концентрическими и переплетенными квадратами. Весь лес был как бы насыщен руинами стен, лестниц и террасообразных уступов, к которым было опасно подойти, потому что в скрывавших их зарослях могли водиться ягуары и ядовитые змеи. Почти не переставая, лил дождь. Но, несмотря на трудные условия, экспедиция сделала еще несколько открытий и обнаружила в телескоп следы построек на всех близлежащих холмах. Поражаясь масштабам комплекса, Сэвой был уже твердо уверен в том, что нашел еще один крупнейший «потерянный» город, а также в том, что он не относится к культуре инков. Даже то, что было замечено при поверхностном осмотре, позволяет сделать некоторые предположения. Живший в XV веке великий инка Тупак Юпанки стремился расширить свои владения и совершал походы на север. Об одном из них он оставил рассказ, проливающий свет на развалины джунглей Мараньона. Территорию, на которой очутился Джин Сэвой, занимали чачапойи - светлокожий, сильный народ, поклонявшийся кондору. Они были такими же мастерами работы по камню и металлу, как инки. Тупак Юпанки и его воины перевалили через горы и столкнулись с противником на восточных склонах Анд. Вступив в бой, они одержали победу и взяли «великий Пахатен» - столицу чачапойев - город круглых храмов, дворцов и домов, построенных на холмах. Все эти описания вполне соответствуют особенностям только что открытого археологического комплекса, который, наверно, содержит множество интересных остатков этой древней, доинкской культуры.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.