- А как же драмкружок без вас?
- Да я ведь, девушки, ненадолго. Скоро вернусь...
- К Новому году вернётесь? - спросила Наташа.
- Вернусь, и с дипломом! Вот тогда поработаем!... И споём и спляшем! - Клюев шутливо обнял девушек. - А вы чего не спите, полуночницы? Петухи уже радиоперекличку начали, скоро вставать, а вы не ложились.
- Репетировали... - сказала Наташа, а Маруся добавила: - И вас ждали, узнать, едете или нет...
Из подъезда высокого, многоэтажного, с колоннами, здания Горьковского сельскохозяйственного института вышли трое юношей и остановились на тротуаре. Падал крупный мягкий снег. Над Волгой, низко нависая, ползли тяжёлые снеговые тучи, «на их фоне ещё рельефнее выделялся памятник великому лётчику Валерию Чкалову. Вдоль старинных стен Кремля завивалась снежная пыль, взбитая пролетающими по асфальту автомобилями. Юноши, не сговариваясь, повернули в сторону Волги, к откосу.
- Ну, как, Николай Иванович, хороша картина? - спросил один из них, Иван Железов, обращаясь к своему спутнику, Николаю Клюеву, и показывая рукой в сторону Волги. - После экзаменов всегда хожу на берег посмотреть... Сверить свои дела вот по этим масштабам...
От памятника Чкалову, с откоса, открывался вид на широкие волжские просторы. Могучая река, закованная льдом, раскидывалась на десятки километров. По берегам дымили заводские трубы, вдали белели бескрайние поля...
- Картина хороша, - оказал Николай. - Да и тебе, Железов, хорошо на такие масштабы ориентироваться: твой «Красный маяк» - миллионер... А ведь мы только начинаем...
Железов, председатель колхоза «Красный маяк», вместе с Николаем Клюевым только что сдал государственные экзамены. Он задумчиво улыбался:
- Вот и хорошо, что только начинаете... Во всяком начале есть много хорошего: надежды, преодоление трудностей, мечты... Да и то сказать: ты начинаешь-то в какое время! Каждый год - это целая эпоха; новые победы - новые требования... Вот с этих высот поглядишь - и работать хочется так, что...
Железов замолчал, пристально вглядываясь в раскинувшиеся перед ним дали. Уголками глаз Железов следил за Николаем, потом рассмеялся:
- Значит, говоришь, - учёный-агроном? Что ж... В нашей стране любые мечты исполняются... Только работай, Коля, да так, чтобы с твоих мисюрихинских высот приходили сверять свои дела... По твоим масштабам... Вот так-то, председатель!
Николай молча слушал товарища; ему виделась новая Мисюриха - в электрических огнях, с домами городского типа, с опытными полями, благоустроенными фермами, с колхозным театром, машинами... И главное, что видел он, были новые, замечательные люди, чьими руками создаётся нынче это богатство.
«Что ж, Железов прав, - думал он. - Новые победы - новые требования. Жизнь идёт вперёд...»
г. Горький.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Беседа с начальником станции тов. А. П. Трутневым