Емельянов жил неподалеку от завода. Девушки быстро отыскали маленький, с застеклённой верандой, домик. Иван Дмитриевич лежал на кушетке, укрытый лёгким байковым одеялом. Рядом с его изголовьем стоял круглый столик. Свежая заводская газета лежала на нём поверх картонных коробочек из - под лекарства. Увидев своих станочниц, старый мастер растерялся: кашлянул, пожал плечами и потянулся за газетой.
- Мы, Иван Дмитрии, на минутку зашли, узнать, как ваше здоровье, - начала Маша Селезнёва; она обладала изумительным талантом не теряться в критические минуты.
- Что ж вы стоите, присядьте, - проговорил после непродолжительного молчания Емельянов. - Поставь чайку, Васильевна, гости пришли!
Но девушки отказались от чая. Они рассказали о митинге, о том, что комсомольцы паровозо - механического цеха обратились ко всей молодёжи завода построить своими силами к 30 - й годовщине ВЛКСМ, к 29 октября, два мощных локомотива серии «Л», таких же, как и «Олег Кошевой».
- Так, так... Значит, паровоз передавали дороге, - оживился мастер. - Свой, комсомольский... А название хорошее дали: «Олег Кошевой»... - Иван Дмитриевич помолчал: - Только вот что: Олег Кошевой, пожалуй, был бы очень недоволен вашей работой, - продолжал он. - А как вы думаете?
Девушки потупили глаза. Они тоже так думали, но боялись признаться в этом. Каждая из них мысленно сказала себе в эту минуту: «Завтра начну работать по - другому».
- А Ванька Свистун в новых ботинках, - начала Вера Кондратьева; её одёрнули, но она продолжала: - Он тоже выступал и сказал, что мы, наш цех, сказал, создали у себя молодёжный пролёт, и, дескать, мы будем соревноваться с восьмым пролётом третьего механосборочного. Там так же работает много наших девушек, из второго ремесленного...
- Со...ровно...ваться... - удивлённо протянул Иван Дмитриевич, приподнимаясь.
Весна была ранняя. Ещё начало марта, а дни стоят солнечные, радостные. И силы откуда - то незаметно прибыли, и сон не идёт. Едва выглянет солнце - в комнате уже кто - нибудь проснулся: «Вставайте, девушки, посмотрите, за окном какая благодать! Разве можно в такую погоду долго нежиться в постели, лежебоки!...» Вставали, проворно одевались. Умываться выходили на улицу. Быстро завтракали, пили чай из большого жестяного чайника. Его всегда в одно и то же время приносила заботливая тётя Поля, уборщица. «А про вас опять в газете прописали, - почти каждое утро говорила теперь она, входя. - Пишут, будто вы третьему механосборочному уступаете...» Её молча слушали, пили чай и уходили.
Да, рань - то какая! До начала работы - не менее часа. В цехе ещё пусто, тихо. Только где - то среди запутанных паутин ферм раздаются голоса мотористов пролётных кранов. Готовятся к трудовому дню. И девушки готовятся. Осматривают станки, отбирают заготовки.
- Иван Дмитриевич! А вы зачем явились спозаранку?..
Он стоял возле своего верстака да, опустив очки на кончик носа, читал заводскую газету. На первой странице, под броским аншлагом «Пятилетку - в четыре года», была напечатана большая статья. В ней сообщались результаты социалистического соревнования между молодёжными пролётами мастеров Ивана Павловича Осипова и Ивана Дмитриевича Емельянова за первую декаду месяца. Впереди шли емельяновцы - 130 процентов. Но осиповцы отставали всего лишь на несколько процентов.
Подошли девушки, задорные, весенние. Когда разговаривали, Маша Селезнёва осторожно пододвинула к себе газету. Ей бросился в глаза портрет молодого русоволосого кудреватого парня. «Какой красивый!» - подумала она. Над портретом курсивом заголовок: «По примеру мастера Емельянова» - и ниже подпись: «Молодой технолог комсомолец Евгений Гуськов - рационализатор паровозо - механического цеха. Тов. Гуськов помог стахановцу Евгению Соловьёву перейти на одновременное обслуживание трёх станков, применив при этом ряд новых приспособлений. Он же, по примеру мастера Емельянова, впервые на заводе и в паровозостроении вообще создал молодёжно - комсомольский поток...»
Дочитать Маше статью до конца не дала Шура Никифорова. Она одёрнула её сзади: «Слушай ты, когда мастер говорит».
- Подошла вчера ко мне и говорит, - рассказывал Иван Дмитриевич. - «Вот, - говорит, - товарищ Емельянов, мы обрабатываем вначале головку, а потом делаем нарезку...» Ну так, говорю...
- Это Лялька, наверно? - перебила Маша; все на неё посмотрели слегка неодобрительно, но с улыбкой.
- Я тоже удивился, - продолжает мастер, - спросил, а она говорит: «А вот я думала, нельзя ли как - нибудь пристроить к супорту два резца, чтобы их каждый раз не менять...»
- Ай да молодец, Лиля! - не удержалась Шура Никифорова.
- «А у меня, - говорит, - есть планчик небольшой, как это сделать. Я, говорит, - приду завтра пораньше, и мы с вами, товарищ Емельянов, проверим, как это на практике будет выходить». Вот я и пришел...
- А вот и она! - крикнул кто - то.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.