К 15-летию со дня учреждения звания Героя Советского Союза
Пятнадцать лет тому назад, 13 февраля 1934 года, эфир облетела печальная радиограмма. Из далёкого Полярного моря радио сообщило: «13 февраля, в 15 часов 30 минут, в 155 милях от мыса Северного и в 144 милях от мыса Уэллен затонул пароход «Челюскин», раздавленный сжатием льдов. Уже последняя ночь была тревожной из-за частых сжатий и сильного торошения льда. 13 февраля, в 13 часов 30 минут, внезапным сильным напором разорвало левый борт на небольшом протяжении от носового трюма до машинного отделения. Одновременно лопнули трубы паропровода, что лишило возможности пустить водоотливные средства, бесполезные, впрочем, ввиду величины течи.
Через два часа пароход пошёл ко дну. За эти два часа организованно, без единого проявления паники, были перенесены на лёд давно подготовленный аварийный запас продовольствия, палатки, спальные мешки, самолёт и радио. Выгрузка продолжалась до тех пор, пока нос судна не опустился под воду. Руководители экипажа и экспедиции сошли с парохода последними, за несколько секунд до полного погружения».
Так среди ледяных торосов Полярного моря оказался большой коллектив советских граждан. Экипаж и члены экспедиции не были обескуражены постигшей их катастрофой. Сознавая возможность повторения аналогичных и ещё более сильных торошений льда, люди работали спокойно и дисциплинированно; каждый чувствовал, что от организованности, выдержки и самообладания зависит дальнейшая судьба всего коллектива.
Как только в Москве была получена радиограмма о бедственном положении экспедиции, правительством была создана комиссия по оказанию помощи челюскинцам под руководством заместителе председателя Совнаркома СССР В. В. Куйбышева: В тот же день она приступила к работе. Громадное расстояние, отделявшее лагерь челюскинцев не только от Москвы, но и от ближайших населённых пунктов, которые можно было бы использовать как базу для спасательных экспедиций, было главным препятствием в деле оказания помощи пострадавшим. Правительственная комиссия разрабатывает план спасательных работ. Челюскинцы сообщили, что они могут подготовить ледяной аэродром для приёма самолётов. Основываясь на этом, правительственная комиссия принимает энергичные меры к созданию авиационной базы в Ванкареме, ближайшем от лагеря поселении на Чукотке. На Чукотке в это время зимовали два самолёта «АНТ-4» с лётчиками Ляпидевским и Чернявским, на мысе Северном находился пилот Куканов с самолётом «Н-4», в Уэллене - пилот Конкин с самолётом «По-2» - вот и все авиационные средства Чукотки, на которые можно было в какой-то мере рассчитывать. Понимая, что этих самолётов для спасательных работ недостаточно, правительственная комиссия направляет на Чукотку дополнительно десятки самолётов.
Из Хабаровска стартует звено» самолётов с лётчиками Водопьяновым, Дорониным и Галышевым. С Аляски направляются самолёты Леваневского и Слепнёва. Во Владивостоке грузится пароход «Смоленск», на палубе которого находится семь самолётов отряда Каманина. Кроме самолётов, к Чукотке стягиваются и другие технические средства. Пароходы «Смоленск», «Сталинград», «Свет», ледокол «Красин» пытаются пробиться, через льды Берингова моря к Чукотке.
Из всех лётчиков, участвовавших в спасении челюскинцев, первому удалось попасть в лагерь челюскинцев Ляпидевскому. После нескольких неудачных вылетов 5 марта он совершает посадку в лагере и увозит оттуда женщин и детей. После этого блестящего полёта дело спасения челюскинцев опять осложняется: самолёт Ляпидевского выходит из строя, а все остальные самолёты или в пути или только начинают своё продвижение к Чукотке. Только 7 апреля из Ванкарема в лагерь вылетают одновременно три самолета:
Слепнёва, Молокова, Каманина. Самолёт Слепнёва при посадке был немного повреждён. Молоков и Каманин доставляют на берег ещё пять человек. 8 и 9 апреля над Полярным морем и Чукоткой бушевала такая пурга, что думать о полёте в лагерь не приходилось. В самом лагере было очень напряжённо: аэродром, на который мы садились 7-го, разрушен, грозные валы льдов грозили поглотить и самый лагерь.
10 и 11 апреля нам удалось с Молоковым сделать в лагерь по нескольку полётов. За эти два дня более шестидесяти челюскинцев было нами вывезено на берег. 11 апреля ночевать в лагере осталось только двадцать восемь человек. В тот же день в Ванкарем прилетел лётчик Доронин, а на мыс Северный - Водопьянов.
Наши силы удвоились. Работы по спасению челюскинцев подходили к концу. 13 апреля Водопьянов, Молоков и я последний раз произвели посадку в лагере. На борт самолётов взяли шесть последних челюскинцев, забрали все ценные приборы, погрузили и восемь собак, ранее привезённых нами в лагерь для перевозки больных из лагеря на аэродром.
На льду лагеря остаются следы двухмесячной жизни большого коллектива людей: запасы продовольствия, одежды, палатки и многое другое. Над безграничными просторами полярных льдов гордо развевается советский флаг. Лагеря челюскинцев больше не существует, но дело спасения челюскинцев ещё далеко не закончено.
Яранги Ванкарема переполнены людьми, ощущается недостаток продовольствия, плохо с медицинским обслуживанием больных - необходимо срочно перебрасывать людей в Уэллен и далее на юг, к пароходам. В разгар этой большой лётной работы мы получаем телеграмму правительства:
«Ванкарем, Уэллен Ляпидевскому, Леваневскому, Молокову, Каманину, Слепнёву, Водопьянову, Доронину. Восхищены Вашей героической работой по спасению челюскинцев. Гордимся Вашей победой над силами стихии. Рады, что Вы оправдали лучшие надежды страны и оказались достойными сынами нашей Великой родины. Входим с ходатайством в Центральный Исполнительный Комитет СССР:
1. Об установлении высшей степени отличия, связанного с проявлением геройского подвига, - звания «Героя Советского Союза»;
2. О присвоении лётчикам: Ляпидевскому, Леваневскому, Молокову, Каманину, Слепнёву, Водопьянову, Доронину, непосредственно участвовавшим в спасении челюскинцев, звания «Героев Советского Союза»;
3. О награждении орденом Ленина поименованных лётчиков и обслуживающих их бортмехаников и о выдаче им единовременной награды в размере годового жалованья.
И. Сталин, В. Молотов, К. Ворошилов, В. Куйбышев, А. Жданов».
С тех пор прошло пятнадцать лет. Неуклонно продвигаясь к вершинам человеческого счастья, наша Родина выдержала величайшие испытания второй мировой войны. Несокрушимое морально-политическое единство советского народа, выкованное в годы сталинских пятилеток, наша экономическая и военная мощь, сплочённость многомиллионных масс вокруг коммунистической партии и её вождя товарища Сталина - всё это стало непреодолимой преградой на пути фашистской агрессии.
Отстаивая свою Родину, советский народ, как в труде, так и в боях с врагом проявил невиданный дотоле массовый героизм. Беспредельная любовь к Родине и жгучая ненависть к врагу вдохновляли советских воинов на ратные подвиги, одухотворяли труд советских людей.
Отечественная война рождала у нас тысячи героев и героинь, готовых идти на смерть ради свободы своей Родины.
За храбрость и отвагу, проявленные на полях сражений Великой Отечественной войны, около одиннадцати тысяч советских воинов получили звание Героя Советского Союза. Сотни наиболее отважных воинов дважды получили эту высокую награду. А наши богатыри воздуха Покрышкин и Кожедуб - кавалеры трёх Золотых звёзд Героя Советского Союза. Массовый героизм стал верным спутником всех начинаний советского народа. Животворный советский патриотизм, желание видеть свою Родину счастливой и сильной являются могучей силой, сокрушающей все препятствия на путях строительства коммунистического общества. Сейчас каждый новый день приносит нам известия о новых героических трудовых подвигах советских людей. Героизм в труде, в науке, в битвах с врагом стал законом поведения советского человека - человека, воспитанного партией Ленина - Сталина в духе беззаветной преданности лучшим идеалам человечества.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Беседа с министром высшего образования СССР С. В. Каштановым