Рост литературного творчества молодежи, усиливающийся приток рукописей в редакции художественных издании, возникновение творческих ядер в самых отдаленных уголках - всё это служит показателем величайших культурных сдвигов, происходящих в нашей стране. Как никогда, остро стоит перед литературной молодежью задача углубленной учебы. Решение ЦК партии о перестройке литературных организаций обеспечивает базу для серьезной. воспитательной работы с начинающими писателями заводов, шахт и полей. Передача творческою опыта старшего поколения писателей литературному молодняку - одна из форм этой работы.
Приступая к печатанию на страницах журнала ряда статей лучших поэтов и писателей о творчестве начинающих, редакция считает необходимым предупредить тех товарищей, которые станут искать в этих статьях каких - то исчерпывающих рецептов и советов. Эти статьи на основании изучения творчества молодых начинающих писателей, приславших свои произведения в «Смену», ставят общие вопросы творческого метода, работы над мировоззрением, образом, словарем. Они освещают не только узловые методологические проблемы, но и вопросы литературной технологии.
К написанию статей «Лаборатория творчества» редакцией приглашены поэты и писатели, критики, литературоведы. Сегодня печатаем статью т. А. ЖАРОВА. В ближайших номерах «Смены» будут помещены статьи тт. ОСИПА МАНДЕЛЬШТАМА, СЕРГЕЯ ТРЕТЬЯКОВА, ИОСИФА УТКИНА, ИВАНА МОЛЧАНОВА.
Авторы большинства присылаемых нам стихов сопровождают их просьбами: дать конкретный ответ, указать на достоинства и недостатки своих литературных опытов не «в общем и целом», а по деталям стиха.
Тов. Гавриков с Донбасса впадает даже в крайность, когда он, в жажде получить замечания по деталям своих стихов, по технологии высказывает некоторое пренебрежение к указаниям по части мировоззрения.
Тов. Гавриков пишет: «Я хотел бы, чтобы редакция не ограничивалась общими штампами о схематизме, о мировоззрении». Насчет «общих фраз» и «штампов» - правильное недовольство. А насчет мировоззрения - зря...
Мировоззрение - главное, за что надо бороться, над чем надо работать всякому писателю, в том числе и начинающему. Высота мировоззрения в большой степени определяет и высоту литературной техники, высоту художественного мастерства. Во всяком случае: мировоззрение и мастерство писателя - вещи неразрывные. Это легко показать на стихотворении самого т. Гаврикова, если даже идти по пути «указаний на конкретные детали слабостей стиха» - как об этом просит т. Гавриков.
Герои стихотворений т. Гаврикова - двое рабочих: один - Боев, рабочий – коренник, бывший участник гражданской войны; другой - Белов, рабочий из крестьян, не бывший участником гражданской войны, потому что «тифом его пришила (!) деревня»... (как будто можно было всю гражданскую войну тифом болеть). Боев и Белов оба теперь мастера - прокатчики на одном заводе. О Боеве мы узнаем из стихотворения, что он «жесток», «не любит быть в отпуску», «ветеран стачек», «выполняет план на 100 проц.». Белов же - не жесток, а «мягок и прост», «он любит проводить отпуск в родной деревне». Он тоже «ветеран стачек» («каждый из них ветеран стачек»), но он, Белов, выполняет план только на 90 проц.
Следовательно, помимо участия в гражданской войне у Боева перед Беловым есть два «преимущества»: 1) Боев «жесток» и 2) Боев не любит отпуска, который он все же «проводит в Пятигорске».
«Преимущества» эти очень сомнительны. И «жестокость» Боева, и его «нелюбовь к отпуску» для нас вовсе не идеальные черты. Во всяком случае, эти личные черты не типичны как черты, помогающие выполнить план на 100 проц. Да и Белову вряд ли может помешать выполнить план не на 90 проц., а на 100 проц. то, что он «мягок и прост», и то, что он с удовольствием проводит в деревне, а не в Пятигорске свой отпуск... (что же во всем этом плохого?) Пусть извинят меня читатели и сам т. Гавриков за эти мои рассуждения с противопоставлениями - рассуждения конкретные, но весьма схематические. Но иными они тут и не могли быть, ибо я пока что только обнажил стихотворную ситуацию т. Гаврикова, ситуацию, весьма бедную идейно и весьма схематическую.
Тов. Гавриков просит не говорить о мировоззрении и схематизме. Ему кажется, что он все это хорошо сам знает. Но на деле получается иначе. Нельзя не говорить в данном случае о схематизме, ибо в этом стихотворении он является очевидным пороком, проистекающим из недостатков мировоззрения автора. И не чем иным, как недостатком мировоззрения нельзя объяснить того, что главную причину успехов Боева автор видит в том, что у Боева «нет сомнений»: «Он чувствовал в этом Секрет побед, Простейший секрет Большевистских побед».
Значит «отсутствие сомнений» в выполнении промфинплана на 100 проц. это и есть главный и простейший «секрет» его выполнения. Вот тут т. Гавриков, любящий конкретность, сам впадает в абстрактность, найдя некую общую причину, «секрет» побед в виде отсутствия сомнений.
Да, конечно сомнение в правоте нашего дела, неуверенность, расхлябанность, все это - вещи, чуждые большевизму.
Но партия указала на конкретные условия, при которых не может быть сомнений в победе. Партия выдвинула 6 сталинских условий как главный «секрет большевистских побед», и если бы ваш мировоззренческий уровень, т. Гавриков, был равен идейному уровню партии, то вы попытались бы показать эти 6 условий в действии в качестве действительных причин успеха вашего героя. Герой бы тогда получился у вас более убедительным художественно и политически. Идейное ваше отставание и толкнуло вас на путь абстракций смысловых и словесных.
«Казалось, обоим одна горсть Вдвинула (!) в сердце Крепость кремня»...
Это чудовищно надуманно. И антихудожественно. Никто никогда при любом напряжении фантазии не сможет представить себе какую - то «горсть», которая ни с того ни с сего занимается «вдвиганием» в сердце «крепости кремня». Или - смотрите: «Боев от гражданской Уверовал сказ».
Сказ о том, что не надо сомневаться в победе. Во - первых, нельзя так сказать «уверовал сказ». Уверовать можно во что - либо, а что - либо нельзя уверовать. Во - вторых, «сказ» - понятие сюда абсолютно неподходящее. В - третьих, «сказ» этот об уверенности в правоте дела рабочего класса существовал, как известно, задолго до гражданской войны и т. д.
Дальше - абстракция:
«И тогда же не выдержал Воли редут»...
Что это за «редут воли» - попробуй догадаться! Тут уже пошли конкретные неряшества языка, словесная безответственность, один из главнейших недостатков большинства начинающих поэтов, приславших в «Смену» свои стихотворения.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.