Скоро - скоро весело запыхтят на наших путях полторы тысячи гигантов «КМ». Это - до конца пятилетки. Во вторую пятилетку в строй вступит еще 4 000 «КМ»!
Эти гиганты - локомотивы будут ведущими паровозами. Втрое и вчетверо более тяжелые составы, чем нынешние, будут по плечу этим силачам.
Отрывам поездов объявлена беспощадная война. Слабая винтовая сцепка будет сдана в Рудметаллторг, как негодный лом.
Автоматическая сцепка - вот чем оборудуются наши вагоны. Надо будет только подтолкнуть один вагон к другому, чтобы от толчка они автоматически сцепились, да так прочно, что даже тяжесть 17 - тысячетонного поезда их не разорвет. Однако - поворот рычага сбоку вагона - и готово! - вагоны расцеплены.
Еще до конца второго года следующей пятилетки в тех местах вагонов, где сейчас укреплены всем известные буфера и повисли крюки стареньких сцепок, будут красоваться мощные челюсти автосцепок.
480 тысяч единиц в нашем грузовом парке. Из них - 85% - слабенькие коротышки - двухоски, от силы поднимающие 16,5 тонн груза. Однако, «царствию» их пришел конец. Больше их строить не будут.
Крытый четырехосный «американец» поднимает 60 тонн. И при этом он только наполовину длиннее двухоски. При одном и том же весе - поезд из «американцев» вдвое короче и в нем почти втрое меньше вагонов.
Из этих чудесных вместительных великанов можно без боязни составлять многотысячетонные поезда: они не будут слишком длинны.
Вместе с «американцами» в строй войдут многие тысячи стальных чудовищ, еще невиданных на наших путях и со странными названиями, вроде «Гондол», «Хаппер».
Они будут поднимать 100 - 130 тонн. Разгрузить их будет совсем несложно: поворот рычага и груз в одну - две минуты высыпается через люки наружу между рельсами и по сторонам путей.
На смену ручному тормозу идет автоматический, действующий сжатым воздухом и управляемый машинистом с паровоза. До конца пятилетки почти половина вагонов будет снабжена автотормозами нашего советского изобретателя Матросова, опередившего и немца Кунце - Кнорра и американца Вестингауза и других. Во втором пятилетии эта работа будет завершена.
Довольно безделья рельсов. Девяносто процентов времени отдыхать в ожидании прохода следующего поезда! Пора прекратить такое лодырничание.
- Нельзя пустить на перегон несколько поездов?
Можно. Надо только расставить на пути часовых, которые оградят безопасность.
И такие часовые начинают выстраиваться шеренгами вдоль наших путей. Электрические часовые. Семафоры, машущие крыльями. Светофоры, цветом мигающих огней сигнализирующие поезду:
- Проходи! Путь свободен.
- Стой! Опасность!
Сами поезда при движении приводят эти сигналы в действие. Это происходит так.
Перегон делится светофорами или семафорами на участки. Первый поезд входит на первый участок перегона. Нажимая на рельсы, поезд автоматически закрывает за собой семафор, который говорит всем, вслед идущим, что участок занят. Когда поезд проходимца второй участок, семафор, ограждающий первый участок, автоматически открывается и дает путь второму поезду, семафор же у входа на второй участок закрывается и т. д.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Строительство в бобриках