- А потом мы ударились, - с ужасом глядя на меня, продолжала она, - об камни. А спереди горело. И я стала их выносить. Дверь - то не отворялась: заклинило ее. Они мне снаружи аварийный люк выломали, и лестницу к нему приставили, и подбежали, потому что передняя стенка горела, а Сахаров на сломанной ноге - это даже вообразить, девушки, невозможно, как человек на сломанной ноге двигается! Вот я раненых вытаскиваю, а летчики пожар тушат, а там море шумит, ветер поднялся, и этот немец над нами круги делает: смотрит на свою работу - низко - низко. Еще, наверное, хотел стрелять, да не вышел его номер: пуль, наверное, больше не было.
И вот, девушки, я ношу, в животе больно - больно мне: подорвалась немного, - ношу и все считаю, сколько вынесла и сколько осталось. Вынесу и опять считаю: один, четыре, девять... Пальцем считаю. А кто мертвый, а кто живой, - не могу сообразить, только ношу и считаю. Они такие, девушки, все тяжелые, ну прямо - таки никак не вытащить. Один в особенности боец тут, в ноги раненый, - ну такой здоровенный мужчина, прямо - таки огромнейший дядечка, и все он меня просил: «Да бросьте вы меня, сестрица, к свиньям собачьим, физически меня нельзя вынести». Далось ему это слово - «физически». А я его вынесла. Волоком, волоком, потом в люк наполовину пропихнула, потом сама спрыгнула и вытащила. И опять волоком. И считаю: раз, два, пять, восемь... Считаю, а в глазах рябит, я пот так и льет - вся стала мокрая. Только пошла назад - вижу: второй пилот загорелся. Сам прыгает, и сам весь горит. А ветер так и рвет, так и рвет...
Она опять замолчала, вспоминая последовательный ход событий, но так и не вспомнила, макнула рукой и сказала:
- Или потом пилот загорелся. Потом, наверное, потому что от взрыва загорелся, а когда взрыв сделался, тогда я уже всех вынесла, только один в машине остался - капитан убитый...
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.