Толстый мужчина в пальто и черной шляпе звал ее с улицы. Он явно боялся запачкаться среди развалин. Клер хотелось бы еще взглянуть на огород, посмотреть, уцелели ли овощи Пьера. Она не собиралась их брать, просто ей было бы приятно, если бы они не пострадали от огня.
– Антуан Пишю, – представился мужчина, церемонно снимая шляпу. – Я звонил вам утром.
Клер овладела собой, шагая рядом с этим слегка запыхавшимся человеком, который говорил с ней по телефону о деньгах и сохранении прав. Он протянул ей вялую, будто без костей, руку.
– Никто не выжил? – спросила Клер.
– Нет, увы, нет... Под обломками найдено девять трупов. Как и следовало.
Он, кажется, бухгалтер?
– Вечером, то есть этой ночью, я видела какую-то фигуру... Белую... Я подумала, что пожилой человек мог так одеться: рубашка с длинным рукавом, длинные кальсоны...
– Мой отец спал в таком виде, – прошептал Пишю, – но, увы, я его опознал. Он умер в своей кровати... Он носил два обручальных кольца на безымянном пальце левой руки: свое и кольцо моей матери... Мать была крупной женщиной, я в нее, а отец – худенький, поэтому он и мог надеть ее кольцо на свой палец.
– Он не обращался к врачу в последнее время? – вдруг спросила Клер.
Пишю повернулся к ней. У него были исчезавшие в складках жирного лица глубоко посаженные глаза. Они выглядели бы неживыми, если б не блестящие зрачки.
– К врачу?. Не думаю... Он редко писал мне.
– Вы знаете его лечащего врача?
– Да, это доктор Рэйно, тоже старик. Он смотрел отца два раза в год: тот был еще очень крепок для своего возраста.
– Позавчера вечером мой муж жаловался на сильные боли в желудке... его без конца рвало... Вы не думаете, что вода в поселке могла быть непригодной для питья?
– Не знаю.
Пишю был явно обескуражен и рассержен, что она говорит о какой-то воде, тогда как он уже выработал целую тактику, чтобы заставить страховую компанию платить.
– Простите, – переспросила Клер, – что вы сказали?
Делая вид, что слушает, она смотрела на рабочих, которые разрезали цистерну автогеном и относили куски металла к развалинам.»-Капитан жандармерии сказал ей, что автоцистерна взорвалась, но была ли экспертиза?
Она вновь прервала напыщенные объяснения Пишю.
– Экспертиза? – спросил он. – Разумеется... Цистерна взорвалась, и вспыхнувший бензин брызнул во все стороны и так высоко, что попал на крыши.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Константином Катушевым, заместителем Председателя Совета Министров СССР, Постоянным представителем СССР в Совете Экономической Взаимопомощи беседу ведет специальный корреспондент «Смены» Леонид Плешаков