Было бы банальностью сказать сейчас, что у Николая Еременко все впереди. Впереди – на сколько: на десять, тридцать, на бесконечное количество лет? На сколько отодвинет вперед эти радужные горизонты Алексашка Меншиков? Его Сорель погиб от ножа гильотины в двадцать три года. Трагический занавес опустился, а жизнь продолжается. Актеры выходят на аплодисменты, и грохот их обрушивается, как горный водопад: в нем так трудно различить мерное и неспешное течение будней. Есть ли они вообще – будни творчества? Должны ли быть? И не в их ли одолении – высшая радость художника?

• Страницы:
• предыдущая
• 1
• 2
• 3

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.