– Брось ты уговаривать. Бесполезно, – процедил браконьер с кормы. Тяжело глянув на райинспектора, добавил: – Кедрово – поселок небольшой, авось столкнемся на узкой дорожке...
Кирилл между тем выбирал сеть, чебаков да щук покидал на днище, рыбу ценной породы, осторожно освободив из ячеек, выпустил в реку.
Василий Игнатьевич вытащил из кожаного планшета бланк протокола, шариковую ручку, потребовал:
– Предъявите «удостоверение рыбака».
– И во сколько нее нам нынешняя рыбалочка обойдется? – с дрожью в голосе спросил щупленький.
– Полагаю, по сотне на брата, – ответил Василий Игнатьевич и добавил: – Сеть данной мне властью конфискую.
И с этими словами он повернулся к мотору, чтобы завести его. Дальше все произошло с молниеносной быстротой. Браконьер, сидящий на корме, схватил тяжелый якорь, замахнулся.
– Дядя Василий, поберегись! – закричал Кирилл.
Василий Игнатьевич посмотрел на браконьера, жалеючи, сказал:
– Дурачок ты, дурачок. Положи якорь на место. Ведь срок схлопочешь. Тебя-то не жалко. Жинку да детей твоих жаль.
Браконьер коснулся якорем своего затылка.
– Давно я в бане не был, голова что-то чешется, – сообщил он напарнику и действительно почесал затылок.
– Поедем, Кирюша. Неровен час, блох наберемся. – И Василий Игнатьевич запустил мотор.
Рыбнадзоровская лодка двинулась к поселку. У Кирилла от испуга дрожали руки; пытаясь скрыть это, он сжал ладони в кулаки.
– Да припугнули бы его пистолетом, дядя Василий! – сказал он.
– Пистолетом надо пользоваться в само-самой крайности, милок. Не дело на человека «пушку» наставлять.
– Да разве это человек?! Он же вас чуть не угробил!
– Человек. Заблудший человек. Не фашист он, не зверь дикий.
– И часто у вас такое?
– Что? А, это... Случается. Бывает и хуже... Вообще-то нам по инструкции запрещено в рейд одному ходить.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Повесть