Из всех замечательных качеств космических средств как исследовательских аппаратов я бы на первое место поставил высоту их полета, обеспечивающую ранее недоступную «широту взгляда». С высоты в сотни километров они позволяют охватить сразу огромную поверхность Земли. Еще в недалеком прошлом исследователи нашей планеты работали по принципу от частного к общему. Касалось ли это географических открытий или поиска полезных ископаемых, многие годы, а то и столетия пытливые землепроходцы по крупицам собирали информацию об окружающем мире. Точку за точкой, объект за объектом наносили они на карту отдельные участки Земли. и лишь потом из этих крупиц создавалась общая картина стран и континентов. Сколько труда ii средств было вложено в экспедиции первопроходцев и мореплавателей, сколько потребовалось на это времени, сколько жизней было отдано при поиске новых месторождений полезных ископаемых, при прокладке новых путей сообщения! А там, куда человек так и не смог пробиться, на карте Земли знаком его бессилия оставались белые пятна.
Космическая техника позволила вести изучение нашей планеты, ее природных ресурсов по совершенно новому принципу: от общего к частному. Охватывая сразу огромные территории, мы можем понять и изучить вначале общие ее закономерности, и на этой основе выявить и локализовать наиболее перспективные участки, и потом уже начинать их хозяйственное освоение. Как видите, при таком подходе экономическая выгода очевидна: не нужно понапрасну тратить силы и средства на районы, которые явно нельзя использовать.
В космический век утратило свой традиционный смысл понятие «труднодоступная территория». Еще в недалеком прошлом даже простое картографирование высокогорных районов страны, отдаленных территорий Северо-Востока, арктических островов, Антарктики было сложнейшей научно-технической и организационной проблемой. Развитие геодезических сетей, выполнение аэрофотосъемок, обеспечение экспедиций было связано со значительными затратами труда, времени, средств и опасностью. Для составления карт, предположим, Чукотки или Северной Земли совсем недавно нужно было совершать героические усилия. Эта работа воистину была подвигом. Сейчас искусственные спутники в зависимости от заданной орбиты могут пролететь над любой точкой нашей планеты, отснять ее, передать изображение на Землю. Как ни парадоксально это звучит, из космоса наша планета стала для нас ближе.
И опять совершенно очевидны экономические выгоды использования космической техники в этих целях. К тому же космическая техника позволяет получать данные о природных ресурсах, об окружающей среде в значительно больших объемах, чем это можно было сделать обычными, традиционными средствами. Поясню свою мысль примером. За пять минут полета с орбитальной станции «Са-лют-6» может быть произведена съемка территории суши или акватории моря площадью около одного миллиона квадратных километров. Для выполнения такой работы современным самолетом потребовалось бы около двух съемочных сезонов. К тому же не на любом типе самолета можно долететь до всякого района. Где базировать самолет, если, предположим, нужно отснять центральную часть океана? А тут еще фактор времени. Скорость по нынешним временам – тоже категория экономическая. Пять минут и два съемочных сезона – это далеко не одно и то же. Пять минут – это полет в одном и том же времени года, в одно и то же время суток. А для исследования далеко не безразлично, когда сделана карта района – зимой или летом, утром или днем. Тем более что для решения некоторых вопросов имеет значение именно оперативная информация. Допустим, необходимо знать ежедневные темпы весеннего отступления снежного покрова сразу по всей европейской территории страны. Самолету такая задача не по силам. Спутник ответит на вопрос в считанные минуты. Причем его информация будет предельно точна. Ее можно будет сравнить со сводками вчерашней, позавчерашней или недельной давности. Нетрудно представить, какое это имеет значение для подготовки к весенним посевным работам, речной и морской навигации, прогнозирования погоды и так далее.
К тому же спутник – всепогодная исследовательская лаборатория. Он летит выше «погоды». Облачность, дождь, снегопад, туман – все, что ставит на прикол аэросъемку, – спутника не остановит. Если Земля закрыта облаками сейчас, на следующем витке в них может открыться небольшое «окно», которое позволит сделать необходимые измерения. Но даже и сама облачность несет ценную информацию для метеорологов. Так что даже полет над закрытой облаками Землей – не бесцельный полет. Комплекс всех этих замечательных качеств, которыми обладает космическая съемка – огромная обзорность, скорость, всепогодность, – слагаясь вместе, порой дает совершенно неожиданные результаты, о которых ранее нельзя было даже мечтать. А потому сейчас во многих случаях невозможно сказать, насколько современные космические методы экономически эффективнее прежних, традиционных способов получения информации: не с чем сравнивать, ибо до спутников собрать такие данные было немыслимо.
Например, исследования прибрежных зон морей и океанов. На шельфе, как показывают наши и зарубежные исследования, сосредоточены большие запасы различных полезных ископаемых. Чтобы успешно вести их разведку, добычу и организовать транспортировку, необходимо хорошо знать подводный рельеф. Изучать шельф с плавсредств долго, дорого, трудно. Корабли должны ходить над заданным районом плотными галсами, прощупывая эхолотами дно, и только позднее по этим данным на карте нужной акватории будет нанесена сетка глубин. В зависимости от размеров акватории на этот кропотливый труд могут уйти многие годы.
– А самолет?
– С самолета подводный рельеф мелководья в большинстве случаев не виден из-за оптико-физических условий формирования изображения при сравнительно близком расположении аппаратуры к водной поверхности.
С орбиты же искусственного спутника при определенных глубинах моря, волнения водной поверхности, угле освещения, прозрачности атмосферы могут быть получены прекрасные снимки, по которым можно судить о глубинах, рельефе дна и на этом основании решать, где, допустим, лучше ставить буровые вышки, какое направление выбрать для подводных трубопроводов, где должны пролечь пути морских судов, обеспечивающих эксплуатацию подводных кладовых.
Нетрудно понять, что это значит для нашей страны, шельфы которой занимают площадь около восьми миллионов квадратных километров.
А с чем сравнить космические съемки морских течений? Ни одно другое средство не даст нам подробной картины. А если проводить съемки через определенные промежутки времени, мы получим динамику этого природного явления, сможем выявить его закономерности, изменения, происходящие под воздействием различных причин.
Только из космоса можно наблюдать общую картину концентрации в отдельных районах Мирового океана фито- и зоопланктона. Где планктон, там рыба. Поэтому оперативная космическая информация о его скоплениях определит рыболовецким флотилиям места наиболее эффективного промысла. Эти же данные, но собранные за значительный промежуток времени, позволят решать и фундаментальную задачу: анализируя закономерности в концентрации и миграции планктона, мы сможем понять их причины, а затем и прогнозировать промысловую обстановку, заранее планировать кораблям лов не в «мертвой» зоне, а там, где наиболее вероятно скопление рыбы.
– Действительно, возможности – или, точнее сказать, способности – дистанционного зондирования Земли из космоса впечатляют. Но хотелось бы знать, в какой мере оправдываются затраты на космос, затраты, как нетрудно предположить, немалые. Скажите, Юрий Павлович, можно в рублях подсчитать отдачу, которую мы получаем от расходов на космос?
– Когда речь заходит об экономическом эффекте, получаемом народным хозяйством от использования космической информации, нельзя вести счет на рубли или даже на тысячи. Масштабы этого дела столь грандиозны, что на их фоне даже миллионы рублей кажутся мелочью, которой при общих подсчетах можно пренебречь, которую можно «округлить». Сегодня мне не хотелось бы называть какую-то конкретную сумму, которую выигрывает наше хозяйство от применения космической техники. Мы стоим в начале пути. Поэтому не везде, где это возможно, новое достижение находит применение. А там, где оно используется, не всегда удается точно вычислить экономический результат. Одно совершенно ясно: космос с лихвой «отрабатывает» все затрачиваемые на него средства.
– Тогда остановимся на «крупицах». слагающих ее...
– По подсчетам ученых, комплексная интерпретация сейсмологических и космических материалов по району строительства одного из крупнейших горнодобывающих комплексов позволила снизить исходный сейсмический балл с восьми до семи. В результате строительство этого комплекса обойдется на сорок миллионов рублей дешевле, чем планировалось ранее. А если учесть перспективу развития этого горнодобывающего района, то экономический эффект будет еще значительнее.
– Извините, Юрий Павлович, каким образом в данном случае подсчитывалась экономия?
– В районах высокой сейсмичности строительство всегда ведется с повышенным запасом прочности, чтобы сооружения могли выдерживать случающиеся тут землетрясения. Это азбучная истина. Сложность в другом: каким должен быть этот запас прочности? Если он значительно превысит разумные пределы, мы омертвим крупные капиталы. Найти «золотую середину» поможет только точное определение балла сейсмичности данного района. Приведенный пример показывает, что использование космической техники позволяет вычислить его более точно и дает значительную экономию. средств.
По экспертным оценкам, экономический эффект от комплексного исследования. а на первом этапе – инвентаризации природных ресурсов на основе космической информации в одном из высокогорных районов Советского Союза площадью около полумиллиона квадратных километров составляет сто двадцать миллионов рублей.
– Неужели еще возможны «белые пятна» такого размера?
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.