– По какому делу?
– По общественному, – усмехнулся Игорь Васильевич.
– А, наконец-то! – сказал Платонов и, сняв цепочку, впустил подполковника в прихожую. – Я уже трижды к вам заходил. Хочу поставить дополнительные батареи, а в домохозяйстве отлынивают. Нет на них управы...
Перед Корниловым в красно-голубом халате стоял невысокий кряжистый мужчина лет сорока пяти. Подполковника поразило лицо Аристарха Антоновича – все в глубоких складках-морщинах, словно порубленное шашкой. Странное сочетание самодовольства и хитрости навело Игоря Васильевича на мысль о том, что с Платоновым надо держать ухо востро.
– Аристарх Антонович, я из милиции. Подполковник Корнилов.
Платонов чуть выпятил нижнюю губу и снова с недоумением начал разглядывать Корнилова. Потом произнес врастяжку:
– Во-от как! Из мили-иции? А я-то думал... Игорь Васильевич протянул удостоверение. Аристарх Антонович предупредительно поднял руку.
– Нет, нет! Что вы! Я вам верю. – И читать, что написано в удостоверении, не стал. Но Корнилов был готов поклясться, что Платонов и так успел разглядеть все, что там значилось.
– Вы надолго?
Подполковник улыбнулся. На такие вопросы ему еще не приходилось отвечать.
– Да нет, надоесть вам не успею.
– Я просто думаю, где нам удобнее поговорить, – сказал Платонов и обвел глазами прихожую. Наверное, прикидывал, а нельзя ли ею и ограничиться. Но в огромной прихожей, завешанной иконами, кроме маленького стульчика да тумбочки, сесть было некуда. Корнилов ждал, разглядывая выразительное лицо Аристарха Антоновича, по которому можно было прочесть весь ход его мыслей. Легкая гримаса растерянности сменилась выражением озабоченности, потом напряженного раздумья, решимости, и, наконец, Платонов показал рукой на дверь:
– Пройдемте, товарищ.
В этом «пройдемте» не было и намека на шутку.
Идя за хозяином в комнату, Игорь Васильевич успел принять решение о том, как ему держать себя с Аристархом Антоновичем: «О том, где погиб этот Олежек, рассказывать я Платонову не буду. Если узнает, что он в церковь за иконами лазал, – насторожится. Кто их знает, что за отношения у них были!»
Комната, в которую привел подполковника Платонов, была похожа на музей. Три стены ее, как и в прихожей, были увешаны иконами. Только иконы здесь были более красивые и, как показалось Игорю Васильевичу, более древние.
– Прошу вас. – Аристарх Антонович кивнул на большое кожаное кресло. Корнилов сел. Платонов уселся напротив. Полы его халата разошлись и обнажили крепкие, густо заросшие волосами ноги.
– Аристарх Антонович, никого из этих людей вы не знаете? – спросил подполковник, раскладывая несколько фотографий на журнальном столике.
Платонов чуть привстал с кресла и с любопытством наклонился над карточками. Потом стал брать по одной и, повернув к свету, внимательно и подолгу разглядывал. Подчеркнуто внимательно. Потом почмокал губами и, вернув фотографии на прежнее место, сказал:
– Нет. Никогда не встречал. Никого.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Николай Крючков, народный артист СССР, Герой Социалистического Труда, лауреат государственной премии СССР