– Почему я сейчас могу сидеть и спокойно разговаривать? По той же причине, что и Геннадий Анатольевич. Сходил в кузнечный, спрашиваю: где заготовки? Оказывается, штамп не работает. Мастер туда временного рабочего поставил, а он штамп загнал. Иду в метизный – там заготовки для валов готовы, но нет транспорта, чтобы их доставить. Еще полбеды, когда смежный цех рядом, – можно, на худой конец, взять тачку и перевезти. А если он на другом конце завода?
Положением в кузнечно-прессовом по поручению парткома специально занимался комитет комсомола. Получилась вот какая картина: по итогам месяца все план выполняют и здесь, но ежедневного ритма нет, отчего страдают смежные цеха. Ритма же нет и потому, в частности, что есть факты прогулов. Раз человек гуляет – его дневная норма остается невыполненной, и пусть себе Чеков нервничает, заготовок в этот день в полном объеме он не получит... Комсомольцы сделали сравнительную проверку и по другим цехам. Подтвердилось: те цеха, что формально подошли к распространению почина, и пополняют «ряды» нарушителей дисциплины. В тех же цехах, где сумели наладить организацию труда, контроль за развитием почина, как следствие – постоянное сокращение любых нарушений трудовой дисциплины. Как следствие... И в то же время как причина. Люди трудятся хорошо, потому что организация труда на высоком уровне, а организация труда на высоком уровне оттого, что люди трудятся хорошо. Эта взаимосвязь экономической и нравственной сторон ростовского почина настолько тесна, что трудно разграничить, где кончается одна сторона и начинается другая.
...Немало сил пришлось приложить партийной организации, чтобы преодолеть психологический барьер, доказать, что работать без отстающих можно. От партийных, комсомольских работников люди получили не формальное одобрение почина (печальный опыт с кузнечно-прессовым многому научил), а настоящую, конкретную помощь. Многие вспоминают, как такая своевременная помощь буквально преобразила целую бригаду молодого мастера Саши Могилевского, которая совсем недавно еще была притчей во языцех. Мастер, выпускник института, от работы не бежал; не гнушался, если надо, засучить рукава и полезть в станок. Но, несмотря на все его старания, не уменьшались провалы планов, прогулы, один за другим увольнялись рабочие. Вот за все это и записали ему выговор на комсомольском бюро. К чести комсомольцев цеха, выговором не ограничились, а задумались: от чего же все-таки постоянные неудачи? Кто-то говорил: Саша не может организовать работу, потому что участок новый, на нем «собрали» все трудные детали, которые по разным причинам не получались в других цехах. Но тут уж менять что-то комсомольцы цеха не могли, а пришли в партбюро с таким предложением: надо помочь Саше людьми, которые не убежали бы при первых трудностях. Назвали кандидатуры: токарь Сергей Савинов, наладчицы Нина Фролова, Маша Фисунова. Все они дали согласие перейти к Саше из своих прежних, испытанных бригад. Партбюро комсомольцев поддержало. У Могилевского новое пополнение не совершило какого-то переворота, но стало тем костяком, вокруг которого сплотилась вся бригада. «Новички», основавшие в бригаде ядро партгруппы, поставили жесткое условие: дисциплина, порядок – самые строжайшие. Вот так люди ликвидировали беспорядок, а уж потом им приходилось только «смазывать шестеренки» завертевшейся машины производства. Сейчас бригада Могилевского наступает на пятки лучшей на заводе бригаде – ком-сомольско-молодежному коллективу Мухина. Теперь уже сама организация труда не дает людям расслабиться.
Ну, а когда бывает нужда у рабочего поделиться наболевшим, обменяться мнениями по поводу разных неполадок в цехе с секретарем парткома, директором, то для этого не надо записываться на прием, ждать у дверей кабинета, наоборот, рабочие «принимают» руководителей. По точному графику проводится «День цеха» – когда директор с группой главных специалистов приходит на производство, собирает мастеров и рабочих. Любой человек может задать любой вопрос – от работы заводского транспорта до строительства нового цеха – и тут же получить четкий ответ: когда и что намечено сделать по этому вопросу.
Конечно, цель «Дней цеха» не только в том, чтобы составить список претензий к инженерной службе, но и в том, чтобы вместе подумать над задачами дня сегодняшнего. Для работы без отстающих по всем показателям мало чисто технических решений проблем. Ведь и на отличном оборудовании, при хорошем снабжении можно делать свое дело кое-как.
Возьмем знакомую, увы, ситуацию: один работник, не мудрствуя лукаво, вносит в свои обязательства «среднепо-толочные» цифры. Второй, недолго думая, переписывает по готовому образцу. В итоге рождаются такие общие «обязательства», которые превращают соревнование в пустую формальность. Значит, инженерное решение проблемы без общественной поддержки – еще полдела.
Ставшая законом на «Ростсельмаше» защита обязательств расставила все по своим местам. Рабочий защищает обязательства перед бригадой, бригада – перед цехом и так далее. На защите присутствуют специалисты, и не дай бог прийти сюда неподготовленным или с «дутыми» обязательствами! Представитель одного из цехов пытался защитить обязательства, в которых снижение себестоимости продукции оказалось меньше, чем в плане. Разумеется, был мгновенно «разоблачен», потому что обязательства утверждались не в узком кругу, а в присутствии всех главных специалистов завода.
Защищают свои обязательства и комсомольские организации завода. Секретарь комитета комсомола механосборочного производства Владимир Григорьев рассказывал:
– И у нас не обошлось без поправок... Мы в своих обязательствах записали: «Добиться сдачи продукции с первого предъявления на 96 процентов», – а мне в завкоме комсомола говорят: как же так, дорогой товарищ, мы собираемся готовить «Ниву» на Знак качества, а у тебя обязательство ниже заводского. Можете взять 98 процентов? Пришлось думать... Пункта о создании сквозных бригад вначале вообще не было. Собравшись в комитете, мы пришли к выводу, что это неправильно. «Ростсельмаш» – родина сквозных бригад, но в последние годы это движение несколько затихло. Кому же, как не нам, возрождать сквозные бригады? Для начала создадим шесть таких бригад, поставим, задачу – наладить ритм работы по всей технологической цепочке. Взаимные претензии заменить взаимопомощью...
– Выбросить бы все эти лишние почины – работать только легче станет! – обронил в сердцах кто-то из мастеров.
Надо пояснить, о чем шла речь. На ростовском подшипниковом заводе зародился новый почин: организовать учет работы каждого станка при помощи паспорта эффективности. В паспортах и на специальных вкладышах, вывешенных у станков, мастер и наладчик отмечают все простои оборудования с точностью до минуты, указывают причины. Этот почин поддержали и ростсельмашевцы. Но... однажды авторитетная комиссия побывала на механосборочном производстве и отметила, что почин внедрен весьма формально: в некоторых цехах у станков вообще нет вкладышей, в других они заполнены почему-то одним почерком.
У мастеров на этот счет оказались разные мнения. Одни просто не видели смысла в паспортах, другие ссылались на недостаток времени. Их прохладное отношение к новому почину начало объясняться, когда я узнал, что ростсельмашевцы поддержали 12 разных починов – их и упомнить-то все трудно, не то что внедрять! Тогда и была произнесена фраза о том, что надо оставить один почин: «Работать без отстающих», – а все «лишние» выбросить. С этими сомнениями я и пришел к секретарю парткома Анатолию Николаевичу Котову.
– А зачем нам отказываться от починов, таких, как, скажем, «Каждому станку – паспорт эффективности» или «Ручной труд – на плечи машин»? – спросил Котов. – Ведь в принципе все это действительно полезные инициативы. Другое дело, что количество починов само по себе не всегда переходит в качество, и тут опасения некоторых товарищей можно понять. Проблема действительно существует: проблема поддержки почина и контроля за внедрением его в жизнь. Признаться, проконтролировать трудно, тем более что эта задача ложится прежде всего на мастера, а его рабочий день очень плотен. Уделять равное внимание всем двенадцати починам просто невозможно. Другая грань проблемы – отчетность. У каждого почина – свои критерии, своя система показателей. Значит, приходится готовить итоговые цифры по двенадцати разным позициям. Будем откровенны: это нереально, если серьезно отнестись к каждому почину. Есть ли пути решения проблемы? Частичное решение: объединить почины, которые в чем-то дублируют друг друга. Скажем, планы ТЭКК (техника, экономика, качество, коммунистическое воспитание) в некоторой части схожи с лицевыми счетами экономии. Полное решение: направить различные почины в одно русло. То есть выработать единые критерии оценок по всем починам, свести все показатели в единой таблице под девизом «Работать без отстающих». Мы уже начали эту работу: вместо того, чтобы решать множество разрозненных задач, поставили одну, но всеобъемлющую.
Каждый отдельно взятый почин должен «работать» на общую идею. Почему, например, партийная организация завода старается развивать инициативу одного из наших мастеров, выступившего с предложением отработать пятилетку стабильным составом бригады? Потому что от этого зависит выполнение наших планов: где текучесть кадров – там неизбежны срывы. Мы специально проводили переаттестацию мастеров – руководителей бригад. Проверяли знание техники, психологии, основ воспитания. И, надо сказать, представление о мастере во многом изменилось. Если мы раньше знали только, что мастер Н. всегда выполняет план, то теперь больше внимания обращаем и на то, какой ценой он это делает. Если мастер позволяет себе грубость, окрик, выполняет план за счет сверхурочных – бригада никогда не раскроет свои подлинные возможности. Ведь состояние производства и моральный микроклимат в бригаде взаимно влияют друг на друга, причем микроклимат можно даже поставить на первое место. Если мастер одного обидел, другому вовремя не выдал задание, третьего незаслуженно наказал – вот вам и текучесть, и нервозная обстановка, и неудовлетворенность делом, при которых о высокой производительности, культуре труда и говорить не приходится. Текучесть кадров во многом зависит от взаимоотношений, которые мастер создал в бригаде. Почему у мастера, коммуниста Мухина всегда отличные показатели? Потому что стабилен состав бригады. А почему он стабилен – особые условия, сверхвысокие заработки? Нет, они на участке Мухина такие же, как и у других. Но Мухин по-настоящему заботится о рабочем, прекрасно знает своих людей (даже такие «мелочи» – у кого когда
день рождения, когда свадьба) – зачем же им уходить от него?
– На «Ростсельмаше» во многих цехах можно увидеть лозунг «Каждой минуте – рабочий счет». С одной стороны, считаются минуты, с другой – теряются часы, когда мастер подолгу ждет заготовок...
– У нас введено новшество в соревновании, пока, правда, в виде эксперимента. На открытое собрание в цехе, где подводятся итоги соревнования бригад, стали приглашать мастеров из смежного цеха. Здесь мы преследуем цель воспитательную – пусть мастер-смежник, если он не вовремя поставляет заготовки, послушает, в чем и когда подвел своих коллег. Заметьте: это разговор не с глазу на глаз между двумя мастерами, ответ надо держать перед всем собранием. Может быть и наоборот: мастер-смежник заявит на собрании, что «такой-то ваш товарищ сдерживает работу моего цеха». Реакция бывает очень бурная: как это так, «чужой» мастер тут распоряжается, кому какие места давать! Но мы сознательно идем на обострение ситуации: когда отойдут первые «страсти» – останется понимание общей обстановки, интересы человека перешагнут границы своего станка, своего участка.
Что касается объективных причин простоев... Вы, наверное, обратили внимание на интенсивное движение машин и тракторов по заводу? Все они заняты перевозкой деталей. Старые корпуса расположены не лучшим образом, так, что каждая деталь, прежде чем попасть на сборку, проходит по технологической цепочке несколько цехов, расположенных довольно далеко друг от друга. Но скоро вы не узнаете нашего завода. « Ростсельмаш » – Всесоюзная ударная комсомольская стройка, и работает на ней буквально вся страна. Мы уже приняли несколько комсомольских отрядов, направили их на важнейшие объекты. Одна из главных целей реконструкции – сократить перевозки, организовать производство по замкнутому циклу с тем, чтобы каждая деталь попадала на сборку кратчайшим путем и в нужный час. С таким расчетом ведется строительство новых корпусов.
Не все проблемы замыкаются внутри завода. Чтобы сделать комбайн самого высокого качества – нужны усилия многих предприятий-Поставщиков. Ростовчане решили добиваться присвоения Знака качества «Ниве», и по их приглашению в Ростове собираются представители двадцати двух предприятий и заключают «Договор о социалистическом содружестве». Главное условие содружества – четкий ритм поставок и качество. Харьковские машиностроители должны аттестовать двигатели на Знак качества, тульские – добиться того же для жаток, ростовские и таганрогские – внедрить комплексную систему управления качеством. Это естественное продолжение почина, потому что ему «тесно» в рамках одного завода, города, даже области. Расширяется поле деятельности и комсомольской организации «Ростсельмаша», разработавшей совместный договор с комсомольцами Таганрогского комбайнового завода, харьковского «Серпа и Молота», завода «Таджикгидроагрегат», ростовского подшипникового... Во что в перспективе выльется содружество? Качество комбайна – не просто качество определенной машины. Это в конечном счете качество уборки урожая: без поломок, без потерь, быстрыми темпами. Это солидная прибавка в хлебные закрома. Не случайно ростовские машиностроители говорят сегодня о хлебе и песне...
А на повестку дня уже сегодня встает другая проблема: работать не только без отстающих, но и без «середняков». Новая, более высокая ступень почина.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.