Товарищ Наташи по кружку Юра Берликер не собирается стать, как он выразился, «настоящим астрономом», профессию мечтает выбрать самую земную, точнее, подземную – шахтерскую. И все же: «Знаете, как считают метеориты? Лежишь себе на спине и смотришь в темное небо. Вдруг: чирк! – звезда упала, другая, целый дождь. Называется наша работа – небесный патруль. Красиво, правда?»
Наконец, вот что рассказал человек, который тоже не стал астрономом, хотя раньше, как и Наташа, мечтал об этом.
– Все же самое яркое событие в моей жизни, конечно, открытие новой звезды. Мы возвращались домой с дежурства, шли по ночным улицам. Я посмотрел на знакомое звездное небо и вдруг – такое поймет только астроном – увидел в созвездии Лебедя «лишнюю» звезду. Мы сломя голову помчались снова в обсерваторию, глянули в атлас – новая! – открыт новый мир! И в душе родилось какое-то необыкновенное чувство, и радость, и удивление, и гордость одновременно. Сколько лет прошло, а вот это ощущение помню.
Чарли Чаплину принадлежит изречение, которое по меньшей мере странно звучит в устах того, кто с «младых ногтей» привык к успеху у публики. «Я не люблю вундеркиндов – сказал он однажды. Но в том-то и особенность СОЛА, что здесь отнюдь не стремятся воспитать «гениев в коротких штанишках». Никто не ждет, что каждый, кто проводит сейчас ночи у телескопа, выберет на всю жизнь эту профессию. Главное, чтобы не угасал интерес к науке, чтобы, проникнув однажды в тайны Вселенной, юность никогда не смогла относиться равнодушно и к земным делам.
СОЛА помогает взрослеть. Ребята хорошо знают, что их работа нужна летчикам и геологам, астрономам и радиоинженерам. И относятся к ней со всей возможной для их возраста ответственностью.
СОЛА помогает привыкнуть к кропотливости научного поиска, ведь, чтобы сфотографировать один метеор, необходимы порой десятки бессонных ночей, заполненных напряженным ожиданием.
И, наконец, СОЛА – это миг, когда ты остаешься наедине с блеском далекой звезды...
– Мы отвечаем за звезды, – просто, как о чем-то очень будничном, сказала Наташа Заикина.
Президент МАН назначил мне встречу в перерыве между лекциями. Мы присели на скамью в пустой аудитории, и Валентин Николаевич Касаткин, не ожидая моих вопросов, протянул бланк телеграммы. «Надеемся, что и впредь советская наука будет пополняться учеными, начавшими свой путь в науку в МАН. Президент АН СССР А. П. Александров».
Так что же такое МАН, если виднейший деятель нашей науки обратился к ней с такими лестными словами? Это Малая академия наук Крыма. А СОЛА, общество юных астрономов, было тем зернышком, из которого и выросло огромное древо академии школьников.
В самом деле, почему только астрономия? Сколько ребят, увлекающихся химией и физикой, математикой и биологией, готовы пойти в «помощники» к ученым. Вот и создали на базе СОЛА и различных кружков Малую академию. Здесь все всерьез: есть президент, два вице-президента, 332 действительных члена, 1455 кандидатов и более 14 тысяч крымских школьников, составляющих актив академии. Ее филиалы расположены буквально во всех городах и районах Крыма, а работы членов Малой академии известны далеко за пределами полуострова. На статьи школьников; опубликованные в журнале «Земля и Вселенная» и в «Астрономическом вестнике», ссылаются теперь астрономы всего мира. За теоретическую статью «Изучение структуры радиантов метеорного потока «Персеид» Академия наук СССР в качестве своеобразной награды преподнесла крымским школьникам редкостный звездный камень – Сихотэ-алинский метеорит.
Шефство над различными секциями Малой академии взяли известные всему миру научные учреждения. Среди них – Институт кибернетики АН УССР, Крымская астрофизическая обсерватория, Институт атомной энергии имени И. В. Курчатова...
– И не надо удивляться, что небольшая группа астрономов-любителей вызвала к жизни такое необычное явление, как наша академия, – сказал Касаткин. – Всему «виной» наше необычное время. Ребята с
юных лет учатся искать, творить. Побывайте хотя бы на одном заседании и
сами убедитесь.
В большой аудитории Дворца пионеров воцарилась заинтересованная тишина. Уже второй час ее нарушает только тихий голос докладчика. Тема доклада непростая: речь идет о возможности прерывания гравитационных волн, на белесой от торопливо стертых записей доске появляются все новые и новые формулы...
Очередное заседание физической секции МАН ведет вице-президент академии десятиклассник Владимир Дождев. Наконец Володя выводит на доске последнее изящное равенство, и скрип отодвигаемых стульев дает понять, что можно свободно поговорить с юным «академиком?). Но он еще долго находится в кольце своих коллег, отвечает на многочисленные вопросы, спорит, что-то доказывает.
– Володя – человек серьезный, – сказал накануне «взрослый» президент . академии, кандидат физико-математических наук доцент Симферопольского государственного университета имени М. В. Фрунзе В.Н.Касаткин, – что подтверждается не только его работами, в которых я, например, не всегда все понимаю, но и отношением к своему посту.
Сосредоточенно потирая ладони, чтобы стряхнуть въевшийся мел, Володя долго перечисляет, что сделано мановцами только за последний год.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.