Я стал подыматься кверху.
Добежав до двух угловых оборонительных башен, я через полукруглую нишу вошел на большой портик, а затем в четырехугольный внутренний двор замка. Двор был пуст. Увидев против себя лестницу, я быстро взбежал по ней в башню Консула, остановился в дверях и громко крикнул:
- Вероника, где ты? Не бойся, это я.
На мой призыв никто не ответил. Обойдя все темные уголки башни, я нащупал в стене полуразвалившиеся ступеньки и полез по ним на следующий этаж.
В правом углу башни я увидел неподвижно стоявшую у амбразуры женщину. Я подошел к ней.
- Вероника, что с тобой? Приди же в себя!
Мои полные отчаяния слова вывели из странного оцепенения Веронику. Она с удивлением взглянула на меня и радостно бросилась на шею.
Вероника искренно выражала свою радость от моего неожиданного появления.
- Как ты нашел меня? - улыбалась счастливая Вероника. - У тебя такое удивленное лицо, точно ты никогда не видел этих развалин и этой крепости! Наши добрые старички уже бросили со мной сражаться и махнули на меня рукой... Если бы ты видел, как ужаснулись они, когда я первый раз вернулась отсюда поздней ночью!
Вероника искренно рассмеялась. На другой день я нанял подводу, сложил в нее вещи, и мы переехали обратно в Феодосию. Необычайная встреча Вероники с отцом, ее странные ночные визиты в генуэзскую крепость в Судаке с несомненностью убеждали меня, что несмотря на напластование различных племен и народов в роду Виллани, несмотря на то, что к основному стволу рода адмирала Сфорцо были привиты токи славянской и эллинской, а, может быть, и монгольской рас, наследственная романская культура сумела себя отстоять, сохранив родовую устойчивость и крепость, а также первобытные черты Сфорцо, Виллани. Преступная кровь далеких предков продолжала еще обладать силой и влиять на деятельность подсознательной сферы, к сожалению, мало изученной наукой.
(Окончание следует)
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.