— Много. Будем добиваться признания ассоциации партией. Численность позволит нам это. А к первому же заседанию готовим билль о единой рабочей организации. упраздняющей цеховщину.
— Иначе говоря, единый профессиональный союз?
— У тебя всегда точные формулировки Охотно возьмем твою.
— Я бы предложил и билль о рабочих школах. Нужно собрать по крохам все. что имеется в Городе, изданное когда-то или переписанное: все, что знакомит рабочего с основами социализма.
— Ты говоришь со мной так, как будто мы видимся в последний раз.
— Возможно. Я ведь землепроходец в отпуску, романтик новых земель А отпуск уже кончается
Мне не хотелось продолжать этот уже ненужный для меня разговор. Я спешил. Все было уже известно. Несколько тысяч бюллетеней, поданных за реставраторов, были объявлены недействительными, а Донован после отставки Стила получил уже не шесть, а шестнадцать мест.
На этом и заканчивается наше второе путешествие, может быть, в другую галактику. Пусть это не рай. но у него есть и прошлое и будущее.
Вот и дюны вдали у океанского берега и знакомые колючие заросли «альгарробо», куда нас перебросило с крымской автомобильной дороги от Севастополя к Ялте.
— Кажется, здесь, – говорит Мартин, – и песок примят, как будто кто-то сидел.
— Так тебе и сохранятся следы при таком ветре да еще на прибрежном песке.
— Все-таки присядем.
Присели. Оглянулись. Серо-зеленый океан блеснул вдруг васильковой голубизной и провалился куда-то вниз.
Мы уже сидели на краю обрыва крымской дороги, вьющейся серпантином среди виноградников от серых скал Яйлы к синему-синему Черному морю. И мой «Жигуль» стоял с полуоткрытой дверцей чуть в стороне от дороги, и пиджаки наши с деньгами и документами лежали на сиденьях. Только вокруг машины ходил инспектор ГАИ – старший лейтенант лет тридцати. В стороне стояла милицейская «Волга».
Я кашлянул, старший лейтенант повернулся и застыл, будто увидел что-то явно противозаконное.
– Вы откуда? – грозно спросил он.
Мы молчали. Мы улыбались. Мы были дома.
— Как вы здесь очутились? Минуту назад тут никого не было, – продолжал допрос инспектор ГАИ.
— А мы поднялись вон оттуда. – Я указал на обрыв к виноградникам.
— Чья это машина?
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Портрет музыканта Козлова, сделанный не без его помощи
Рассказ