«Добиться досрочного ввода в эксплуатацию строящихся объектов, бороться за высокое качество работ, повышение эффективности капитальных вложений».
Из резолюции XVII съезда ВЛКСМ
Краше всего город выглядит, если смотреть на него через пролеты нового моста, выгнувшего упругую спину над Волховом. Темная зелень набережной, которую нетерпеливое воображение горожан уже одело бетоном и даже гранитом. Современная ломаная линия крыш: девятиэтажная «башня», цепь пятиэтажных домов, снова «башня»...
Слева, отрезанный от города полосой леса, стоит, подняв в небо трубы, энергопромышленный комплекс: завод железобетонных изделий, Киришская ГРЭС и, наконец, нефтеперерабатывающий завод. На другом берегу Волхова раскинулась площадка Всесоюзной ударной комсомольской стройки биохимического комбината. На одной из стен строящегося цеха лозунг: «Даешь Биохим в 1974-м!»
Это – Кириши, город с населением в тридцать пять тысяч человек.
А начиналось все чуть больше десяти лет назад... Старый паровичок свистнул и побежал дальше по одноколейной дороге. На перроне остались пятьдесят человек с рюкзаками и чемоданами – первые строители. Ветер уныло раскачивал керосиновый фонарь. Фонарь должен был освещать перрон, но света его едва хватало на проржавевшую вывеску: «ст. Кириши». Избы крохотного поселка тонули в грязи и темени, хлестал дождь со снегом.
Тысячи людей пришли сюда вслед за первыми десантниками. Они преобразили суровую киришскую землю, покрытую болотами, непроходимыми лесами, изрытую тысячами воронок от артиллерийских снарядов – следами жестоких боев с фашистами. Средний возраст строителей был 26 лет. Город, мост, дороги, заводы – все возводилось руками молодых рабочих, комсомольцев. За это Киришская городская комсомольская организация в канун открытия XVII съезда ВЛКСМ была награждена орденом Трудового Красного Знамени.
Сегодня мы рассказываем о двух молодых строителях молодого города, о людях, чей труд, как труд тысяч их земляков, принес городу всесоюзную славу.
Монтажники сидели в приземистой бытовке, которую сколотили сами. Перебрасывались незначительными фразами, шутками – отдыхали, поскольку был обеденный перерыв.
Но отдыха не получалось.
– У мастерской лежит новый пакет, – сказал вдруг Саша Лайдинен.
– И я у переезда два пакета видел. Вроде четвертый номер, – добавил Володя Савинов.
Ярослав Юркив, бригадир, выразительно глянул на обоих, и те молча поднялись из-за стола. Юркив же слегка сконфуженно улыбнулся, как бы говоря: «Если у других дефицитные детали плохо лежат, чем я виноват?»
Минут через пять за стеной послышался лязг тяжелых пакетов (они представляют собой несколько металлических пластин в металлической же «рубашке»), и в бытовку вошли Савинов и Лайдинен.
– А я пакет аж около столовой видел, – произнес добродушный, медлительный Леша Матвиенко, и тут же кто-то из ребят помоложе двинулся к столовой.
Им сейчас нужны эти пакеты как воздух. На два ротора девятого блока ГРЭС, которые они монтируют, нужно их около тысячи. Все пакеты вовремя пришли от поставщиков, но эксплуатационники (ох не любят, ох ругают их монтажники!) забрали пакеты на действующие уже блоки взамен засорившихся. А теперь выколачивают грязь из старых и передают их монтажникам.
– Сколько мы с утра получили? – спросил Коля Ширяев.
– Двадцать, – мрачно отвечает Юркив. – И три «партизанских».
Кое-кто улыбается. Бригадир сердито черкает что-то в своем блокноте, делит, умножает. Получается: еще месяц такой работы, и их обязательства окажутся под угрозой срыва. Они точно рассчитали силы, прежде чем решиться заявить на комсомольском собрании СУ – ГРЭС, что берутся закончить монтажные работы по девятому блоку на год раньше срока. Обязательство бригады стало основой комсомольского встречного плана всего СУ – ГРЭС. Горком комсомола взял на себя агитацию поставщиков. Уже известно: турбину строителям пришлют раньше, чем планировалось. Ее изготовят из собранного киришскими пионерами металлолома.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.