– Ничего страшного.
Заметив недоуменный взгляд полковника, Белянчиков нахмурился.
– Я про экспертизу говорю. И про дознание. А там видно будет.
– Можно создать вокруг человека такой барьер подозрительности, что он не скоро очухается.
– Что ты предлагаешь?
– Начать со встречи. – Корнилов подумал и уточнил: – Начать с допроса. Я попрошу разрешение у следователя и допрошу Осокина. Кое-что, конечно, выясним предварительно. Но незаметно.
Белянчиков посмотрел на полковника вопросительно.
– Ты займись «Волгой». Потолкуй еще с водителем. Попроси в научно-техническом отделе изучить характер повреждений, сделать снимки. Когда дойдем до белых «Жигулей», то забот у нас уже будет меньше. А некоторые детали об Осокине я поручу выяснить Володе Лебедеву.
Судя по вывеске, в жэке был неприемный день. «Кто-нибудь да отыщется», – подумал Бугаев, открывая обитую светлыми рейками скрипучую дверь. В коридоре тускло горела единственная лампочка. Семен с трудом разбирал таблички, прибитые на кабинетах. Подергал закрытую дверь управляющего, потом бухгалтерию. Постоял, прислушался. За дверью без таблички гулкие капли шлепали по воде. Семен дернул на всякий случай и эту дверь. Она тоже была на замке. «Вот люди, – рассердился он. – Даже на уборную запор приделали». Он уже хотел уходить, когда услышал веселые женские голоса. Они раздавались из той части коридора, куда не доставал скупой свет лампочки. Бугаев осторожно двинулся по темному коридору, ориентируясь на голоса. Нащупал ручку двери и вошел в большую светлую комнату. Около зеркала, висевшего на стене, темноволосая девушка примеряла красивый кружевной лифчик. Другая, стоявшая спиной к Семену, помогала застегнуть его.
– Здравствуйте, гражданки! – весело сказал Бугаев.
Темноволосая испуганно ойкнула и скрестила на груди руки. Вторая, повернувшись к Бугаеву, сердито сказала:
– Куда вы лезете! Не видите, что у нас обед?
– Не вижу.
– Маргарита, дай кофточку, – раздраженно попросила темноволосая. – Что же ты дверь не закрыла?
Та, которую назвали Маргаритой, сдернула со спинки стула голубую трикотажную кофточку, протянула подруге. И обернулась к Бугаеву:
– Что вы стоите?! Раздетых баб не видели? Она была постарше темноволосой. Крашеная блондинка лет тридцати, с бесцветным усталым лицом.
– А я по делу, – нахально сказал Бугаев. Темноволосая уже натянула кофточку и застегивала пуговицы.
– У нас же обед, – сказала она примирительно и, заметив висевший на стуле лифчик, наверное, ее старый, схватила, спрятала за спиной и показала майору язык.
Бугаев подмигнул ей и озабоченно посмотрел на часы.
В 3-м номере читайте о трагической судьбе дочери Бориса Годунова царевны Ксении, о жизни и творчестве «королевы Серебряного века» Анны Ахматовой, о Галине Бениславской - женщине, посвятившей Сергею Есенину и жизнь, и смерть, о блистательной звезде оперетты Татьяне Шмыге, о хозяйке знаменитого парижского кафе Агостине Сегатори, служившей музой для многих знаменитых художников, остросюжетный роман Екатерины Марковой «Влюблен и жутко знаменит» и многое дургое.
О проблемах атеистического воспитания молодежи беседуют директор Московского планетария, заслуженный работник культуры РСФСР Константин Порцевский и кандидат философских наук Владимир Мезенцев