– Мне кажется, вы забыли один из принципов нашего братства: «откровенность». И что-то не договариваете...
– Н-нет, экселенц, я не осмелился бы...
– Вы уверены, что вам нечего мне сказать? ДвойнойЦветок совсем стушевался, напряженно
думая, что имеет в виду Желтый Дракон. Не обнаружив в своем поведении ничего, что могло бы вызвать гнев патрона, молодой человек поднял голову .и тихо произнес:
– Уверен, экселенц.
– Вы помните, что говорят «Каноны» о тех, кто обманет своих братьев?
– Но, экселенц...
– Отвечайте на мой вопрос, – не повышая голоса, произнес Желтый Дракон.
– Да, экселенц...
– Тогда почему вы умалчиваете о ваших шашнях? Двойной Цветок облегченно вздохнул и даже ухмыльнулся.
– Но, экселенц, я считал это недостойным вашего внимания.
– Вот как? – Кожа на лбу у Желтого Дракона в том месте, где обычно бывают брови, поднялась. – С каких это пор вы приняли на себя смелость считать, что достойно, а что недостойно моего внимания? Я всегда предполагал, что это моя привилегия.
– Экселенц, я хотел сделать вам приятное. За эту девчонку можно будет получить неплохие деньги. Она весьма...
– Когда и где вы познакомились с ней и сколько раз встречались? – перебил своего любимца Желтый Дракон.
– Я знаю ее давно, экселенц. – Двойной Цветок удивленно выпятил нижнюю губу, не понимая, чем вызвано раздражение шефа. – А недавно мы случайно встретились на улице...
– Откуда вы ее знаете?
– Меня познакомил с ней Сенг прошлым летом.
– Сколько раз вы встречались?
– Раза четыре.
– Точнее...
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.