Шахматные обозреватели, уже тогда привыкшие к ярким победам бакинца, отметили, что на первом этапе межзонального цикла он выглядел несколько скованным Каспаров это мнение не опровергал.
– Действительно, я играл поначалу натруженно и без легкости. В первой половине турнира во главу угла поставил осторожность, полагая, что на такой короткой дистанции любая неожиданность может оказаться решающей. После партии с Андерссоном, чудом спасенной, я полностью успокоился, поняв, что не только я нервничаю. В какой-то степени мне помогало то, что меня побаивались.
После Московского межзонального турнира состоялась шахматная Олимпиада. Вторая в жизни
Каспарова, и играл он теперь на второй доске. Здесь, в Люцерне, он стал двукратным олимпийским чемпионом, здесь жребий назвал и его соперника в четвертьфинальном матче – Александра Белявского. Естественно, мы сразу же поинтересовались мнением Каспарова о своем сопернике.
– Человек необыкновенной работоспособности, Белявский особенно силен, когда у него есть время для подготовки. Плюс к этому – умение постоянно вести силовое давление на доске и редкое самообладание. Вспомните московский межзональный турнир. Никого судьба не била так, как Белявского. Неудачный старт, проигрыш в предпоследнем туре партии, в которой Белявский имел лишнюю ладью. Не представляю, кто бы еще мог оправиться после таких ударов. То, что совершил Белявский, выйдя в число претендентов, – настоящий спортивный подвиг. Победить Белявского можно только изобретательностью и нешаблонным подходом к каждой партии.
Любопытно отметить, что Михаил Моисеевич Ботвинник, наставник молодого бакинца, сразу сказал, что его подопечному повезло: ведь Белявский тоже не имеет никакого опыта матчевых встреч. Смыслов, например, в четвертьфинале вполне мог, по мнению Ботвинника, и обыграть Гарри.
Матч с Белявским закончился в марте 1983 года. В ходе соревнования Каспаров узнал, что ему присужден «Оскар» 1982 года (приз ведущих обозревателей мира лучшему шахматисту года). До этого «Оскаром» восемь раз владел Анатолий Карпов.
В августе Гарри предстояло сесть за шахматный столик против Корчного. Еще никто не подозревал, что матч будет перенесен на ноябрь, да и вообще весь цикл окажется под угрозой.
У Каспарова еще к встрече с Белявским сложилась тренерская «команда», куда вошли Александр Никитин и Александр Шакаров, московский и бакинский мастера, занимающиеся с Гарри почти десять лет, международный мастер из Алма-Аты 23-летний Евгений Владимиров (Гарик играл с ним еще в юношеских турнирах) и гроссмейстер из Новосибирска Геннадий Тимощенко. А неофициальный капитан этой «команды» – мама гроссмейстера Клара Каспарова, инженер по образованию, в недавнем прошлом руководитель лаборатории в одном из бакинских научно-исследовательских институтов. На тренировочных сборах сына она ввела строгий режим, распорядком напоминающий рабочий день научной лаборатории.
– Вы проиграли Белявскому одну партию – четвертую. Как перенесли неудачу?
– Горячо переживал, но трагедии из проигрыша не делал. Белявский проявил большое упорство в небезошибочной партии: я могу показать три такие ошибки у себя, две – у моего соперника. Вообще же до сих пор, играя в турнирах, я после поражения, как правило, уже в следующей партии добивался победы. Так получилось и в матче.
– Шоколад «Вдохновение» во время партии: что это – рекомендация медиков или просто любовь к сладкому?
– Никаких рекомендаций на этот счет я, конечно, не получал. Любовь к шоколаду у меня сохранилась с самого раннего шахматного детства. Сначала просто нравилось, а став старше, понял, что шоколад дает ощущение сытости во время партии. После дегустирования многих сортов шоколада остановился в 1979 году на «Вдохновении», которым меня тогда угостил тренер Никитин. К тому же мне очень нравится название.
– После четвертой партии комментаторы выразили в прессе мнение, что вы, прекрасно атакуя, «не постигли еще в совершенстве тонкостей высокого искусства защиты». Что бы вы могли возразить по этому поводу?
– А зачем возражать? Я и в нападении не постиг еще в совершенстве всех тонкостей «высокого искусства» Безусловно, я защищаюсь хуже, чем атакую, но это грех большинства шахматистов.
– Как вы оцениваете свои шансы перед предстоящим матчем?
– Мне кажется, преимущество, пусть небольшое, на моей стороне. Не последнюю роль здесь играет возраст.
– Четвертьфинальный матч с Белявским – ваш первый матчевый опыт. Что он вам дал перед встречей с шахматистом, который сыграл официальных матчей больше, чем кто-либо?
– Я реально осознал, сыграв свой первый матч, что постоянное соперничество только с одним противником значительно отличается от турнира. Здесь очень велико психологическое напряжение. Так что, помимо тренировок шахматных и спортивных, я занимаюсь и психологической подготовкой.
– В последних встречах с советскими гроссмейстерами Кориной обычно создавал напряженную ситуацию вокруг матча. Готовы ли вы к психологическим неудобствам в предстоящем состязании?
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.