– Придумал? – быстро спросил Шишкин, дотрагиваясь до плеча Курбакова. Тот помялся.
– Есть кое-что. Так, ерунда...
– Ну, – нетерпеливо сказал бригадир, – в чем штука-то?
– Дай-ка листок бумаги, – попросил Курбаков. – Вот тут у нас планки, которые располовинивают стальное полотно. Верно?
– И что?
– Вместо них сверлим четыре отверстия...
– Точно, – схватил Шишкин. – И четыре винта?
– Четыре винта.
– Годится. Я о том же думал. Пошли к Крынину. Согласуем с ним изменение технологии...
– Один сходи, сказал Курбаков, и лицо его опять стало невеселым. – Я уж тут... Вон работы сколько...
– А успеем, Виктор, до конца смены? Семь дверей всего осталось...
Тот пожал плечами.
– Тебе, бригадир, виднее.
И пошел к испытательному стенду, где работали Коре пин и Савченко. У них там явно что-то не клеилось. Сергей носился от приборов к стенду и обратно, и лицо у него было злое, а Савченко стоял совсем растерянный.
– Дует? – спросил Курбаков у Корелина.
– Ага. Сто раз проверил. И все равно сифонит...
– Может, ротаметр барахлит? У Рябинина был же летом такой случай.
– Уже звонил прибористу. Придет сейчас, проверит... ...Смена шла своим чередом, без ненужных разговоров, без суеты, и со стороны казалось, что нет в ней ничего особенного, но по тому, как часто подходил к ребятам старший мастер Крынин, как торопились крановщицы подогнать краны на участок Шишкина, было ясно: напряжение достигло высокой точки.
– Горячо, Сергей? – крикнул бригадир, заметив, что Ко-релин нет-нет да и смахнет со лба пот тыльной стороной ладони.
– Жар костей не ломит, – отшутился Корелин, – А спецовку высушит!
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.