Кстати, пока не забыл — уточняю: ни Петровский, ни Борзов Олимпийских игр как таковых почти не видели. Лишь кое-что по телевизору; убежден — меньше, чем любой из вас, читатель. Борзов берег нервную энергию. Петровскому же было просто не до развлечений. Более того: даже спринт им не довелось толком посмотреть. Только предварительные забеги Петровский видел воочию; все остальные — по телевизору: так было удобней, да и лучше видно, больше можно было разглядеть. Даже финалы на 100 и 200 метров Петровский смотрел по телевизору. Полагаю, многих рьяных поклонников спорта это должно утешить.
* * *
В конце хочу предупредить вероятный упрек в мой адрес: почему, мол, все Петровский да Петровский, это несправедливо по отношению к Войтасу, который пять лет вел Борзова и заложил фундамент его физической и психологической готовности и мастерства — тоже. Ну что ж, огромной заслуги Войтаса я и не думал отрицать, но... ведь сказано: искусство начинается там, где начинается чуть-чуть. Искусство тренера — тоже. На прекрасном фундаменте Петровский возвел здание и довел его до совершенства. К нему пришел талантливый мастер — из него Петровский создал великого спортсмена.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.