Разными путями пытаются ее сократить.
...В институтском коридоре встретились двое.
– Сдал алгол?
– Завтра сдаю. А ты?
– Я уже!
– Поздравляю!..
Алгол – язык-посредник, «общий язык» для человека и машины. На нем смогут объясняться «обе стороны», разгрузив «переводчика»-программиста. Правда, алгол несравненно беднее живого человеческого языка и пригоден лишь для описания вычислительных процессов. Но что требуется от машины? Вычислять? Вот и будьте любезны сдавать экзамены по алголу, чтобы можно было «говорить» с машиной.
Но, помимо того, машину учат видеть и слышать. Инженеры создали «глаза» для машины. Рассмотрев неизвестный ей знак, машина сравнивает его с набором знаков-образцов, которые хранит в своей памяти. И выбирает наиболее подходящий: букву, цифру, рисунок, чертеж...
«Внутренние» операции в машине по-прежнему сводятся все к тому же счету, однако перевод изображения на язык цифровых кодов происходит автоматически. «Зрячая» машина умеет прочесть задачу и могла бы ее решить, да вот беда: правила чтения настолько загромоздили ее память, что никакая другая работа ей уже не под силу.
Значит, поняли инженеры, машине мало одних глаз, одной способности видеть, ей нужен собственный «орган зрения» со своей «зрительной» памятью, со своим отдельным «мозгом». Ведь и в человеческом мозгу существует особый, «специализированный» зрительный центр.
На вращающийся барабан подается лист с обычным печатным текстом. Передвигаясь вдоль строчек, электронный глаз считывает текст и заносит его в память автомата-приставки. «Мозг» самой машины свободен для выполнения прочитанных команд.
А пока на лабораторном макете инженеры А. Семеновский и Ю. Мазыра закладывают в прибор лист с отпечатанными на машинке цифрами. Электронный глаз высвечивает цифру, попавшую в поле зрения, и на специальном табло тут же возникает ее изображение. Такой «видит» цифру автомат, но он еще не «понял» ее. Проходит несколько мгновений, ждем ответа. Но вот сигнал вспыхнул. Молодец, автомат, совершенно верно.
– А рукописный текст он читать сможет? – интересуюсь я. – Обычную нашу рукопись, которой мы строчим письма и заявления?
– Ну, знаете, – отвечает Ковалевский, – это – дело далекого будущего...
– Но мы же распознаем...
– Может быть, вы расскажете, как вам это удается?
Ученые нередко прибегают к аналогиям с живой природой, с человеком. Такие аналогии помогают создавать новые технические устройства. Но дело не только в этом. С другой стороны, становятся понятнее процессы, которые происходят в нашем организме. По замечанию профессора В. В. Ларина, в исследовательской системе – человек плюс кибернетическая машина – выявилась «обратная связь».
Откуда мы знаем, что этот знак – буква А? Очевидно, у нас в памяти хранится ее изображение. Человек распознает зрительные образы, тоже, по-видимому, сравнивая их с эталонами. Другое дело, что вырабатываются эталоны незаметно, интуитивно. Машине же при обучении приходится четко осознавать каждую мелочь.
Детальное изучение работы машины открывает закономерности человеческой интуиции. Непонятные вначале, мыслительные акты подчиняются на поверку вполне познаваемым системам правил. Совершенствуя вычислительную технику, человек в то же время познает самого себя, притом в самых тонких и сложных своих проявлениях – в процессах мышления.
«На опыте обучения и самообучения электронных машин, – считает академик А. И. Берг, – будет пересмотрена система обучения людей, в частности детей».
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.