Звено

Мих Гольдберг| опубликовано в номере №187, апрель 1931
  • В закладки
  • Вставить в блог

1

Листы железа бегут по синим ножам пламени, стонут под прессом, сыплют искры на гладильных камнях, - они приближаются к сборке, чтобы превратиться в часть аппарата, который сам будет превращать - повышать и понижать электрическое напряжение. Навстречу пластинкам, из которых соберут сердечник трансформатора (таково имя аппарата), движутся катушки медной проволоки. Катушки сядут на сердечник, обнаженный трансформатор оденут в железный кожух и зальют маслом. Аппарат пойдет к далеким площадям строек, к берегам пенящихся рек, в сырую мглу торфяных болот. Его с нетерпением ждут инженеры, ударники, сотни тысяч новых потребителей электрической энергии, не видевших никогда светящихся нитей вольфрама. Ведь без трансформатора практически невозможно передать, распределить потоки энергии.

Катушка движется навстречу железной пластинке, на сборке линии перекрещиваются, трансформатор становится реальностью. Трансформаторный отдел Электрозавода рвется к финишу пятилетки, сокращенной наполовину. Здесь владычествует все нарастающий ритм, здесь гибель вчерашнего темпа и рождение нового, огромная сила ударных методов труда сдвигает, поднимает кривые заводских график. Но все эти бесчисленные приемы, движения рук, станков, подъемников, температуры веществ, химические связи, - все то, что составляет ядро производственного процесса, его техническую суть, - все это повторяется изо дня в день, из месяца в месяц, из года в год, не изменяясь, не теряя одних и не приобретая новых свойств.

Спросим тов. Хоростеву - ударницу, почему именно так нужно заливать изоляторы, как делает она? Не отстанет ли заливка? Она не знает, она отсылает к мастеру, а у мастера такие вопросы вызывают гнев: к чему задавать такие дурацкие вопросы, разве не так работают всюду и всегда, разве можно работать иначе?

А те ребята, следящие за бегом железных листов на оклейке, - интересовались ли они какой клей употребляется при работе? Проникает или не проникает вода сквозь бумагу?

Интересовались ли они, их товарищи по цеху, по отделу, по комсомольской ячейке, нельзя ли этот сорт железа - немецкое легированное железо, которое обходится нам в «копеечку» - нельзя ли это железо заменить нашим уральским? Или катушки наматывать опять - таки не из медной проволоки, а из железной, да так, чтобы не только не понизить, а, наоборот, повысить коэффициент полезного действия трансформатора? Кстати, над этими вопросами уже работает коллектив по строительству «образцового трансформатора». Крепко спаянная группа инженеров и конструкторов в напряженных творческих поисках создает новую конструкцию трансформатора, соединяющую в себе американский, европейский, и советский опыт на высшей основе. Работа этого коллектива может взорвать сегодняшнюю рутину. Ведь нетерпимо такое положение, когда единожды установленная операция застывает и больше не подвергается проверке и эксперименту.

Вот опускают катушку в чан с маслянистой массой. Катушка должна быть пропитана этим составом для изоляции витков. Сколько минут нужно держать катушку в чане? Это не скажет точно ни рабочий, ни мастер. А чем, собственно говоря, пропитывают катушку? И это неизвестно. Мастер пренебрежительно, недовольно бросает:

- Чем? Известно чем - ярославским лаком...

Химический состав «ярославского лака» неизвестен ни мастеру, ни инженеру, ни отделу снабжения. Последний, правда, ссылается на завод имени Лепсе - там «тоже» употребляется такой состав. Но что он собой представляет, хорош ли он, выгоден ли он, этот лак? Об этом не знает ни одна душа во всем исполинском Электрозаводе.

Беспечно, по рутинке, кое - как пропитанная, кое - как просушенная катушка попадает в сборку. И где - либо на ИВГРЭСе, дождавшейся, наконец, электрозаводского аппарата, в один прекрасный день соприкоснутся плохо изолированные витки катушки. Зловещая искра пробьет витки, полчища молекул бросятся по замкнутому кругу - смерть трансформатору.

«Техника в период реконструкции решает все», - повторяем мы слова вождя. Длинный плакат со сталинской цитатой висит на стене сборочного цеха малых трансформаторов. Кто вооружил меня, моих товарищей, всю человеческую силу завода элементарнейшими техническими знаниями, умением обращаться со станком, нанизывать кольцо своей операции на стержень производственного потока? Мастер. А мастер? Где он получил свои познания? На чем они основаны? Где это записано, в какой книге говорится, что я должен только так просушивать катушки, только так крепить изоляцию, только так собирать сердечник, а не как - либо иначе? Многие мастера когда - то работали на старых заводах, на «Динамо», у «Сименса - Шуккерта». Там, на различных работах, может быть, не имея и представления о трансформаторе, они получили свою общую техническую сноровку. Но техника рвется вперед семимильными шагами. Вместе с изменением оборудования изменяются приемы, операции, составы веществ, которыми оперируешь.

На заводе, в стране совершается величайшая реконструкция, закладываются основы самой могучей техники, какую когда - либо знал мир. Из этого цеха и в этот цех льются токи хозяйственной инициативы. Технически малограмотные, мы идем от одного рационализаторского мероприятия к другому. Рабочий трансформаторного отдела Шиклев предложил изменить конструкцию пробок к расширителям. Товарищи - Спиридонов и Фельдман смастерили новое приспособление для оправки колец трубок Бергмана. Ударник Белов вносит предложение штамповать, а не обрабатывать на револьверном станке шестигранные гайки. Конструкторская и рационализаторская мысль электрозаводца не знает покоя. Она вращается, главным образом, вокруг отделыных, мелких, но важных конструктивных и хозяйственных вопросов, еще не осмеливаясь проникнуть в самую глубину технологического процесса. Поток рабочих предложений изо дня в день смывает горячей струей всяческие неполадки, неувязки, облегчает и убыстряет машинный ход производства. Но качество продукции трансформаторного отдела почти не улучшается. Элементы проходят все тот же очерченный круг превращений. Здесь, в трансформаторном отделе Электрозавода, на этом вулкане рабочей инициативы, по - существу, живет еще статическая, мертвая, покоящаяся на российской мастеровщине система производства.

В этом великолепно распланированном и оборудованном цехе, не уступающем многим американским заводам, работают на основании обрывочных познаний отдельных мастеров и техников, нигде не записанных, не проверенных научным анализом.

Если сегодня группу техников разоблачат во вредительстве и уберут с завода, то ведь вместе с ними исчезнут производственные «тайны» и «секреты», которым может быть и грош цена, но которые сегодня дозарезу нужны.

Согласиться на такую «иностранную зависимость»? Нет, - говорим мы, - не согласны.

2

Рабкор пишет заметку в газету «Электрозавод»: безобразие, вредительство, трансформаторный отдел не умеет воспользоваться дорогостоящей технической помощью американцев, рабочей массе не передают иностранного опыта. Рабкору известно, что в шкафу технической части отдела хранится толстая книга. На адрес этой книги почти ежедекадно прибывает плотный пакет из САСШ, из Скенектэды, где расположены известные Пицфильдские заводы «Джии» («Дженераль электрик компани» - «Всеобщая компания электричества»).

Москва, Электрозавод держит в руках нити, связывающие его с центрами самой передовой в мире электропромышленности. В марте 1929 года уполномоченный ВЭО и представитель «Джии» подписали в Нью - Йорке договор, по которому американцы должны оказывать нам систематическую производственную и техническую помощь. Мы получаем копии американских чертежей, различные материалы, посылаем своих инженеров в цехи и лаборатории заокеанских гигантов.

В пакетах из Скенектэды содержатся так называемые производственные инструкции по трансформаторостроению. Книга, которой они адресуются, - сборник этих инструкций, в ней около пятисот листов. Новые листы должны сменить устаревшие. Книга живет, она сбрасывает пожелтевшие листья, как могучее широкоствольное дерево, и расцветает вновь, ее живая мудрость не знает пыли и плесени рутины.

Когда электрозаводский инженер, коммунист тов. Иоффе, детально знакомился с постановкой дела на мощном трансформаторе - строительном заводе в Скенектэды, ему пришлось однажды разговориться с мастером - американцем.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 6-м номере читайте об одном из лучших режиссеров нашей страны Никите Сергеевиче Михалкове, о  яркой и очень непростой жизни знаменитого гусара Дениса Давыдова, об истории любви крепостного художника Василия Тропинина, о жизни и творчестве актера Ефима Копеляна, интервью с популярнейшим певцом Сосо Павлиашвили, детектив Ларисы Королевой и генерал-лейтенанта полиции Алексея Лапина «Все и ничего и многое другое.



Виджет Архива Смены