– Братья! – обратился к присутствующим настоятель монастыря, высохший старик с серым, морщинистым лицом, реденькой седой бородкой и птичьей шеей. – Небо и Земля рождают людей. Люди добрые рождаются по предопределению доброй судьбы, а злодей – по велению злого рока. Дух чистоты и разума властвовал всегда в нашем храме. Но тонкая, как шелковинка, струйка зла и коварства просочилась под наши своды. Червь алчности выел душу одного из нас. Он предал братьев, с которыми делил рис и воду в течение многих лет.
Ропот возмущения пробежал по рядам сидящих. Старик поднял костлявую руку, и в молельне наступила тишина.
– До нынешнего дня ему удавалось скрывать свое гнусное предательство. Но сегодня я получил известие от нашего брата, который проник в стан врага. Он сообщил, что сюда идут маньчжуры, чтобы не оставить никого в живых... Он сообщил также имя предателя...
Настоятель умолк, медленно обводя послушников взглядом бесцветных глаз. Он взял грех на душу – солгал. Не было никакого лазутчика. Но весть о том, что маньчжуры собираются этой ночью вырезать всех обитателей Шаолинского монастыря, к несчастью, была правдой. Ее принес внук старого Ли, крестьянина-рыбака из соседней деревни, частенько наведывавшегося сюда с товаром.
Сомневаться не приходилось: маньчжурам сообщили о заговоре. Предателем мог оказаться только кто-то из своих: посторонние не были посвящены в тайну монахов. Внук рыбака – настоятель прекрасно это понимал – прибежал слишком поздно. Маньчжуры наверняка уже двигаются к кумирне по единственной ведущей сюда дороге. Пытаться покинуть монастырь бесполезно: с трех сторон его окружают отвесные скалы. Оставалось только одно – отправить нескольких человек за помощью, а самим попробовать продержаться до ее прихода.
Святой отец призвал к себе в келью четверых самых надежных послушников и приказал им отправиться в путь, а оставшихся велел собрать, чтобы сообщить им о надвигающейся беде и попытаться обнаружить изменника...
Настоятель говорил медленно, временами замолкая и пытливо вглядываясь в лица сидящих.
– Братья! – повторил он, и в его голосе зазвучали торжественно-металлические нотки. – Мне известно имя того, кто продал свою душу ненавистным врагам...
Напряжение усилилось. Монахи, подавшись вперед, впились глазами в лицо святого отца.
– Он перед вами, братья! – сорвавшимся голосом выкрикнул старик, и слова его вспороли повисшую в помещении тишину.
Взгляд настоятеля задержался на открытых дверях молельни, и молодой послушник, сидевший на ступенях у входа среди тех, кому не хватило места внутри, вдруг вскочил и опрометью бросился к приоткрытым воротам монастыря. Несколько человек из задних рядов рванулись за ним. –
– Стойте! – крикнул святой отец. – Он не уйдет далеко.
И действительно, через минуту три дюжих монаха втащили беглеца во двор со скрученными за спиною руками. Мудрый старик предусмотрительно оставил снаружи верных людей.
Сидевшие на полу монахи раздвинулись в стороны. Изменника провели через образовавшийся проход к алтарю и заставили опуститься на колени. Молельня возмущенно гудела. Настоятель знаком приказал всем замолчать.
– Правильно говорят люди: в теле предателя – душа труса, – произнес он в наступившей тишине.
Затем святой отец повернулся к стоявшему на коленях послушнику.
– Не думал я, когда подобрал тебя восемнадцать лет тому назад на дороге, грудного, полумертвого, что принесу крысу в святую обитель, – сказал он с го речью. – Не думал, когда растил тебя, что взращиваю смерть свою. Ответь же нам, что заставило тебя переметнуться к маньчжурам? Много ль посулили тебе за наши головы? Говори же, А Цат!
Юноша стоял на коленях и смотрел перед собой, уставившись в одну точку. Глаз из-под полуприкрытых век почти не было видно – только две маленькие щелочки. Губы плотно сжаты. Казалось, он не слышал слов настоятеля. В полной тишине прошла минута, другая.
Вдруг А Цат очнулся. Он обвел глазами своих бывших собратьев, и лицо его исказила гримаса ненависти.
– Вы все умрете! – закричал он. – Все! Вам оста лось жить на свете не больше часа! Маньчжуры перебьют вас! И мне наплевать на вас! Слышишь, старик? Наплевать! Вы не убьете меня! Всевышний не простит вам убийства!
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Стенограмма классного собрания СГПТУ с авторским комментарием