Подкатывая к этой станции, высокомерные курьерские поезда едва сдерживают свой бег. Скорые - те снисходят: они стоят чуть подольше, ровно столько, сколько требуется для того, чтобы путник мог покинуть обжитое купе и вступить на перрон зестафонского вокзала.
Перед путешествием в Зестафони я достал старую книгу, которую интересно и поучительно читать в наше время. На сером переплёте были вытиснены два слова: «Технические рассказы».
Что мы знаем о новом Зестафони? Кто из писателей и журналистов побывал здесь в последние годы, кто рассказал стране о людях, для которых Зестафони - место постоянной работы, город, где развернулось их творчество, где достигли они зрелости?
Я не припоминаю никого, кроме Бориса Агапова. И я раскрыл его книгу «Технические рассказы» на странице двести второй и занёс в путевой блокнот штрихи той картины, которая открылась писателю в Зестафони в тысяча девятьсот тридцать третьем году:
«... Зестафони - городок, где много кузнецов и детей. Чёрные пещеры каменных кузниц без передней стены выстроились перед вокзалом, который недавно вдруг стал путаться в проволоке. Её мотали и тянули, развешивали и привязывали, устраивая над путями сетку, прорезая далекие декорации гор - чёрным по лиловому. Белые черепа и красные молнии появились. Они вытянулись в процессии по столбам, несущим провода, и привели ребёнка к огромным угольным колоннам и постройкам, похожим на трибуны бетонного стадиона. Девочка улучила безлюдный час и отправилась ходить по доскам, висящим на высоте шести этажей, забавляясь, что они подпрыгивают. Американец, привыкший к шуткам, показывая на неё, сказал: - Ребёнок не понимает ещё, что такое риск. Взрослый человек не решится на такие маневры. Он имел в виду смелость создания грандиозного завода ферросплавов в местности, где промышленность ограничивалась кузницами. Впрочем, он думал, вероятно, и обо всей вообще индустриализации, потому что эту же фразу он нашёл случай произнести даже на Днепрострое».
Выйдя из зестафонского вокзала в 1948 году - через пятнадцать лет после того, как были написаны эти строки, - я вспомнил слова Алексея Максимовича Горького: «Всё познаётся сравнением, и для того, чтобы правильно оценить настоящее, необходимо знать прошлое».
Прошлое - это чёрные пещеры каменных кузниц без передней стены. А я шёл по асфальтированной улице Берия, где выстроились большие дома с широкими окнами и балконами. Я проходил мимо чудесного парка. Я познакомился в этом городе со многими людьми. И я не видел в этом городе ни пещер, ни кузнецов. Полагаю, что кузнецам пришлось переменить профессию: городу требовались специалисты по ферросплавам - это, во-первых, во-вторых, меньше и меньше становилось арб и извозчичьих пролёток, автомобили же, как известно, в подковах не нуждаются.
* * *
На широкую улицу Берия выходят из здания зестафонского вокзала сто двадцать юношей, прибывших из колхозов западной и восточной Грузии. Они шагают по асфальту, они идут мимо памятника Владимиру Ильичу Ленину, мимо колоннады Парка культуры - по улицам нового города. Они направляются на завод, который должен стать для них школой.
После отдыха юношей вводят в обширную аудиторию. К ним выходят инженеры и мастера, которые, научившись делать в Зестафони превосходные сплавы, закалились сами как работники, как новаторы, как борцы. Инженеры и мастера в новых костюмах, при всех орденах и медалях. Первый их рассказ новичкам - это рассказ о заводе и о себе, о том, как росло на зестафонской земле социалистическое предприятие, которое сыграло заметную роль в завоевании побед в пору мирных пятилеток и в годы Отечественной войны. Рассказ о том, как вдохновенно трудились люди, всегда выполнявшие приказы Родины.
«Это и твой путь, молодой товарищ!...» Таков смысл первого доклада, первой лекции для прибывшей на завод молодёжи, которой предстоит учиться несколько месяцев и после этого отправиться в Рустави на постоянную работу. Так принимают люди Зестафони новое пополнение металлургов, как в армии принимают новичков бывалые солдаты и офицеры.
Люди, которые сами недавно были учениками, выросли и возмужали настолько, что стали учителями новых поколений металлургов. Давно ли считался молодым коллектив Зестафонского завода? Нет, недавно. А сегодня молодым считается коллектив завода в Рустави, и зестафонцы обучают будущих работников растущего индустриального гиганта Грузии.
Многое могут рассказать пионеры грузинской металлургии, создавшие славу новому индустриальному центру - городу Зестафони. Когда появился этот завод, не было у него «родственников» - Кузнецкого, Липецкого, Чусовского, Ключевского, Актюбинского... Для всех этих впоследствии родившихся предприятий лабораторией опыта были заводы в Зестафони.
... Давно ли сам искал путей в новой технологии поседевший Иван Григорьевич Кекелидзе, к которому ныне обращаются за советом ферросплавщики из разных концов страны? Давно ли был пионером новой отрасли Ираклий Семёнович Лордкипанидзе, давно ли считал себя новичком в деле Владимир Александрович Меладзе? Немного лет прошло с тех пор, а они ныне являются руководителями, по которым равняются десятки других.
Завод в Зестафони был университетом хозяйственного руководства для Ивана Григорьевича Кекелидзе - директора - и Ираклия Семёновича Лордкипанидзе - начальника технического отдела, - для Владимира Меладзе - главного инженера - и Шалва Пхакадзе - заместителя начальника технического отдела. Кекелидзе и Лордкипанидзе в молодые годы учились не только в институте, но и у Ивана Павловича Бардина. Их учителем был Георгий Николаевич Николадзе - грузинский металлург, сын знаменитого публициста и критика. Люди учились в Керчи и Кадиевке, старом Надеждинске и Макеевке, Енакиеве и Чиатуре. И всю сумму накопленных знаний они обогатили огромной практикой в Зестафони за пятнадцать лет существования здешнего завода.
Всеми корнями вросли эти люди в зестафонскую почву, борясь и трудясь. Вот уже одиннадцатый год бессменно возглавляет предприятие Кекелидзе. С 1929 года - с тех пор, как начали проектировать опытный завод ферросплавов в Грузии, - связан с ним Лордкипанидзе. Молодым чернорабочим пришёл на стройку завода нынешний мастер Небиеридзе, так же начали свой путь и Баграт Мелкадзе и Николай Гогличидзе. Здесь заслужили они ордена и медали. И сегодня у этих людей учится молодёжь, воспитываясь на их традициях, слушая их рассказы о прошлом, пристально вглядываясь в то, как неустанно строят они новое, не успокаиваясь на достигнутом, а безостановочно идя вперёд и вперёд.
Сегодня, обучая молодого рабочего, нельзя посвящать его в одну лишь технологию. Сегодня требуется иное качество подготовки: нужно обучать молодого человека экономной, бережливой работе, уменью выискивать резервы во всяком деле.
Свою долю в счёт накоплений вносят родной стране Христофор Уриадмкопели - бригадир - и Шота Туквадзе - горновой, - девушки Нина Робакидзе и Талико Мачитидзе, регулирующие у пульта управления нагрузку цехов электроэнергией. Свою долю вносят Георгий Гвелесиани - обер-мастер плавильного цеха - и Левон Небиеридзе, который обеспечивает удвоение проектной мощности своей печи. Эти старые и молодые работники внесли солидный вклад в дело завоевания победы, когда ферросплавы Грузии укрепляли сталь Кузбасса и Урала. Эти люди ныне вносят свою долю в фонд укрепления могущества Советской страны.
И каждый молодой рабочий, который знакомится с методами экономного социалистического хозяйствования на заводе в Зестафони, видит, что и ему открыт этот путь, где бы он ни трудился в будущем.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.