— Так что же вы предлагаете, мистер Мердок, и что требуется от меня?
— Я предлагаю- вам десять тысяч франков. Первую половину вы получите по приезде в Город, от моего банковского агента. Остаток по окончании дела.
— Крупно играете, Мердок, – говорю я, намеренно опуская «мистера».
Мердок принимает вызов.
— Чем крупнее игра, Ано, тем интереснее игрокам. Моя ставка в этой игре – десять тысяч. Ваша – голос сенатора Стила, поданный за легализацию моей партии.
— Какую цену может иметь один голос Стила?
— Огромную. За ним проголосуют все аграрии и цеховые старосты.
— Цеховые старосты – это лидеры профессиональных союзов? – спрашиваю я, не замечая, что прибегаю к земной терминологии.
Но Мердок замечает.
— Странный жаргон у вас, – кривится он, – мы так не говорим.
— Кстати, я даже не знаю, что такое трудовики.
— Доновановское крыло популистов. Несколько старых мечтателей и мальчишки, вообразившие себя взрослыми.
— Вот видите, – говорю я, – с моим опытом в политике трудно согласиться на вашу игру. Предлагаю другие условия. Никаких авансов. Выйдет – хорошо, не выйдет – не взыщите.
— Так почему же отказываться от пяти тысяч? Не понимаю ваших мотивов.
— Я никогда не беру денег, взаймы, если не уверен в том, что могу их отдать.
— Но в игру входите?
— Рискну.
— Может быть, подключить и Дональда Мартина?
— У меня есть другое предложение о Мартине. Устройте его репортером в вашу газету.
Мердок молчит. Тогда я бесцеремонно открываю дверь и кричу.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Беседуют А.А.Дыбцын, генеральный директор Котласского целлюлозно-бумажного комбината, и Александр Рушаков, электромонтер.