Никто не двигается. Мартин замечает вполголоса:

– Я узнал его.

– Кто?

– Наш друг Пасква. Под платком у него борода. Не ошибешься.

Стрелявший тем временем скрывается за дверью. Все сидят, как приклеенные к стульям. Только я тут же бросаюсь к Луи, лежащему на полу в трех шагах от меня. Это действительно Ренье. Грудь его пробита тремя или четырьмя пулями. Крови немного, но смерть очевидна. Я лишь успеваю засунуть руку в карман, заинтересовавший убийцу, и изъять из него сложенный вчетверо лист бумаги.

– Убит? – спрашивает меня подбежавший юный официант, пытаясь поднять Луи.

– Не трогай. Мертв. Зови полицию, да поскорее. Юноша, торопливо вытирая запачканные кровью руки о

фартук, срывается с места. Столик с убитыми окружают завсегдатаи кабака. Слышатся голоса.

– Это Бидо со своей тройкой.

– «Джентльменские» сборщики голосов.

– Говорят, так. А кто им платит? Рондельцы или церковники?

Я стою над телом Луи, чувствуя боль в сердце. Словно кто-то проткнул его длинной булавкой. Стенокардия? Нет, смесь горечи, жалости и душевной муки: ведь это мы послали парня на верную смерть.

Мне очень хочется достать листок, спрятанный у меня под бортом сюртука, но я понимаю, что сейчас этого делать нельзя. Уже входит в зал за мальчишкой-официантом рослый полисмен с нашивкой сержанта на темно-зеленом мундире в сопровождении двух рядовых полицейских.

– Все видели убийство? – спрашивает сержант у собравшихся вокруг столика.

– Я со времени начала стрельбы ничего не видел, – нехотя говорит один.

– Дымно здесь, – говорит другой. – Я поодаль сидел.

– А этого кто убил? – Палец сержанта обращен к телу Луи.

– Он же и убил, – заявляет мальчишка-официант.

– Кто подтвердит слова свидетеля? – спрашивает сержант.

Все молчат, мнутся: неохота же тащиться в участок. Я показываю сержанту свою служебную карточку:

• Страницы:
• предыдущая
• 1
• …
• 6
• 7
• 8
• 9
• 10
• 11
• 12
• 13
• 14
• …
• 18
• следующая

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.