В Синегорье

Юрий Нагибин| опубликовано в номере №615, январь 1953
  • В закладки
  • Вставить в блог

Поля - настоящая северянка, даже крымское солнце бессильно перед её светлыми, прозрачными красками. Солнце, как говорится, семь шкур с неё содрало, но на носу, лбу, плечах и шее вновь проступает белая, едва тронутая розовым кожа.

- Ну как же, Полина Ивановна, решили?.. - тихо спрашивает боец.

- Не могу я, Аликпер, не могу, - так же тихо, но с тоской отвечает Поля. - Как взгляну на вас, так и не могу...

Желтоватые белки Аликпера становятся огромными. Он делает над собой усилие и сдерживает волнение. Голос его звучит глухо:

- Такой я страшный, да? Не блондин Аликпер, да - а? Волос чёрный, глаз чёрный, лицо чёрный... Зато душа светлая, Полина Ивановна, душу вы не видите...

- И к чему это вы?.. - жалобно говорит девушка. - Вы красивый, только боюсь я вас, неверный вы человек, Аликпер.

Аликпер чувствует, что взгляд Поли перебегает с его груди на плечи и руки, и смуглоту его щёк пробивает тяжёлый, сливового оттенка румянец. Всё тело Аликпера покрыто татуировкой. Посреди широкой груди аляповато и броско изображён какой - то символ: на земном шаре стоит женщина, держащая в поднятых руках змею, на которой выведен девиз: «В мене нет счастья в жизни». На мускулистых буграх плеч нарисованы обвитые канатами якоря, руки до самых кистей испещрены морскими вензелями и странными женскими именами: Стала, Сильва, Розмарина, отдельно от других на тыльной стороне правой кисти размытое, но всё же отчётливое - Зульфия.

- Глупость одна, детская глупость, - с натугой говорит Аликпер. - Когда шестнадцать лет было, о море мечтал, о корабле мечтал. Ахмет, старый боцман, мне сказал: моряк без синючки - не моряк, мокрая курица, такого во флот не возьмут. Молодой я был, дурак был, поверил... Мне давно стыдно.

- А мне не стыдно после всех Розмариночек вашей женой стать? И не совестно вам, Аликпер, так девушек обманывать? Наверное, вы им тоже разные слова говорили?

- Не говорил я им никаких слов, Поленька. Верьте вы мне. Не было никакой Розмарины, и Сильвы не было. Всё боцман Ахмет выдумал.

- И Зульфии не было? - ревниво, но с проблеском надежды спросила девушка.

Аликпер потупился. Затем поднял голову и, радостно сверкнув зубами, спросил:

- Хочешь, Поленька, я ножом из живого тела вырежу?

Он сказал это весело, словно радуясь тому, что наконец - то нашёлся выход. И девушка почувствовала, что он и впрямь способен это сделать.

- Я уже старикам своим написал, чтобы ждали с молодой женой...

- А разве мы отсюда уедем? - с наивным испугом воскликнула Поля, выдавая себя с головой.

- Только свадьбу сыграем там и вернёмся. Я знаю, как вы Крым любите... - Странно, но Аликпер и не заметил, что девушка уже ответила ему согласием.

- Я к вам со всей душой, Аликпер, право, со всей душой... Но как гляну на этот ваш список, как подумаю, что до меня у вас другие были...

Какая - то внутренняя борьба происходит в Аликпере, он словно готов в чём - то признаться Поле и не решается. Наконец, отчаянно махнув рукой, он наклоняется к маленькому розовому уху девушки и, шевеля дыханием светлые волосы на её виске, жарко шепчет:

- Хочешь верь, хочешь не верь, - пойдёшь за меня, первая будешь, - и опрометью бросается из сенцев.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере читайте о судьбе «русского принца Гамлета» -  императора Павла I, о жизни и творчестве Аркадия Гайдара, о резком, дерзком, эпатажном, не признававшем никаких авторитетов и ценившем лишь свой талант французском художнике Гюставе Курбе,  о первой женщине-машинисте локомотива Герое Социалистического Труда. Елене Чухнюк, беседу нашего корреспондента с певцом Стасом Пьехой, новый детектив Андрея Дышева «Жизнь на кончиках пальцев» и многое другое

Виджет Архива Смены

в этом номере

Большой надом

Спортивная жизнь монголькой молодежи