Все больше и больше людей, молодых людей – что особенно отрадно! – остаются на земле. Помнить бы только, что по-разному можно на ней жить. Можно с холодным, не страдающим за ее судьбу сердцем проводить на ней дни с выгодой и приятностью для себя. А можно жить с душой кипящей, страдающей ее болями и нуждами, не терпящей, не мирящейся с неполадками, равнодушием, головотяпством.
Тем, кто намеревается с холодным сердцем там жить, сразу скажу: к холодным и земля холодна. И не решить таким людям важнейшую программу, разработанную партией.
А вот любящим земля откликнется, на их труд отзовется и возродит сторицей.
Почему мне кажется это таким важным? Здесь вот о чем хотелось бы напомнить.
Давайте вспомним, сколько нас, советских людей, было, когда мы вступали в эту страшную последнюю войну? 170 миллионов человек. Сейчас нас на 100 миллионов больше. Потребности каждого куда больше. Земля же наша все в тех же пределах.
Так что же надо делать, чтобы теперь земля наша родила в несколько раз щедрее – иначе-то всех не напоишь, не накормишь, не оденешь, не обуешь. А надо быть в союзе и понимании с землей и всей природой, беречь друг друга. Здесь нравственность и экономика сплетены неразрывно. Не будет хороший человек относиться к земле плохо, не сможет не беречь ее. И чем больше будет у нас таких людей на земле, тем и Продовольственная программа будет выполняться быстрее.
Особо хотелось бы сказать о письмах читателей. Вот почему. Пишут они вроде бы лично мне, но в каждом письме нахожу я строки, о которых думаю: нельзя такого не обнародовать, грех. Такой огромный смысл в этих живых голосах наших людей.
Вот инженер из Подмосковья пишет, что родилась она в 1919 году, благодарит за то, что последний мой роман «Драчуны» дал ей возможность еще раз пережить свое счастливое и трудное детство. И вот дальше: «Не страшны нам были трудности и невзгоды и не будут страшны никогда. Не прилипнет к нам ни зависть, ни злоба, ни безразличие. Много пережито, но ничто не смогло поколебать нашей веры в Советскую власть. Мы ее дети. Но мы ее создавали и берегли, а значит, и она наше детище».
Какая светлая и точная мысль: детище партии, детище Ленина ныне стало детищем всего народа. А значит, каждый из нас делами своими, поступками, всей своей жизнью причастен к делам государства, великим и малым. И видеть каждому свою причастность, понимать свою ответственность за все вокруг происходящее – -тоже требование нашего времени.
Титова Нина Михайловна из Киева пишет, что пережила несколько страшных голодных лет, блокаду Ленинграда, но горе и лишения не поколебали, а, наоборот, укрепили ее веру в хороших людей.
Жизнь мудра. Порой в течении будней, обыкновенных хлопот мы ворчим: что за народ пошел. А приспело испытание, и видишь, что людей хороших вокруг немало, есть кому прийти на помощь, поддержать тебя и среди тех, о ком ты до этого и слыхом не слыхивал.
Великое это благо и великая сила – вера в людей, в народ. Очень она помогает жить.
Дальше Нина Михайловна рассказывает в письме о том, как случайно услышала слова своего девятилетнего внука, сказанные им в ватаге дворовых ребят. Был у них обычный в таком возрасте разговор: кто из них чего хочет больше всего на свете? Кто из нас не толковал в свое время об этом! Так вот девятилетний мальчик нашего времени сказал, что больше всего он хочет, чтобы во всем мире был социализм, потому что при нем дети не голодают, а взрослые не боятся стать безработными.
Видите, как отзывчивы на боль и страдания других людей сердца наших детей, чем заняты их умы и души! Это же прекрасно, таким гордиться надо.
В моей почте много – примерно половина – писем от молодых. В одном из них, из города Тольятти от семьи Чердаковых, говорится, что хотя авторы письма на несколько десятилетий моложе героев моих «Драчунов», жизнь, люди, описанные в романе, близки и понятны им до боли сердечной, до счастливых слез.
Мы благодарим землю, на которой родились. Так заканчивается это письмо.
Надо любить землю, на которой живешь, подхватывает эту мысль другое письмо, и прежде всего быть человеком на этой земле.
А иначе стоит ли жить? Зачем иначе? Ради чего?
Сейчас много говорят, пишут о потребительском отношении к жизни, о новой болезни своеобразной – вещизме. Когда все желания и потребности человека концентрируются в одном: в стремлении иметь, достать, обладать во что бы то ни стало. Доходит до того, что девушка – и ведь неглупая, достаточно образованная, способная и задуматься серьезно, рассказ о себе начинает с перечня: джинсы у меня есть, дубленка есть, магнитофон есть и так далее.
Потом же узнаешь, что хотя все это у нее есть, ощущения, что жизнь ее имеет смысл, нет. Настоящей, большой цели нет. Да и интереса к жизни – это у молоденькой-то девчушки! – тоже нет. Может, потому и нет, что ни о чем, кроме перечисленного выше барахла, не думала? Ни к чему больше не стремилась?
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
«Увлеченность движет миром», – считает молодой рабочий Сергей Дюжев
Рассказ