- Ты будешь стоять в почётном карауле, - сказал мне человек в кожаной куртке.
Мне дали винтовку. Я сжал её руками до боли. Я, сын турецкого народа прощался с Ильичом от имени своего народа. Мимо гроба текла людская толпа. Проходили матери, подымая на руках своих младенцев. Никогда не забуду, как, поровнявшись с гробом, упал в обморок рослый, плечистый матрос: его сразило отчаяние и горе...
Возвращаясь к себе на родину, Назым Хикмет увозил из Москвы дорогой подарок - тонкую железную пластинку, на которой был изображён Ленин. Приехав в Константинополь, поэт показал эту пластинку одному своему другу - прогрессивному скульптору - и попросил его сделать бюст Ильича. Скульптор дал согласие.
- В официальном ателье, - рассказывает Хикмет, - скульптор не мог делать это, и мы устроили ему подпольное ателье. Он изготовил форму. Надо было отлить две сотни бюстов.
где? Решили обратиться в городскую мастерскую.
«У меня есть форма бюста знаменитого композитора, - сказал скульптор рабочим. - Прошу вас отлить двести бюстов...»
Рабочие согласились. Но, отлив первый бюст и вынув скульптуру из формы, рабочие застыли в оцепенении и долго так стояли в цехе, обнажив головы. Кто-то запел «Интернационал». А потом старый, седой литейщик подошёл к скульптору и сурово сказал ему: «Зачем ты нас обманываешь? Это же великий Ленин, вождь мирового пролетариата. Не бойся, мы тебя не выдадим. Ленин - наш самый большой друг».
Рабочие трудились самоотверженно, не выходили из цеха несколько дней и ночей и отлили не двести скульптур, а гораздо больше. Во многих домах рабочих и крестьян Турции и сейчас можно найти эти бюсты.
То же сделали и текстильщики Турции. Они печатали фотоснимок Ленина на шёлковых платках и распространяли их по городам и сёлам.
Большими тиражами в подполье издавались произведения Ленина и Сталина на турецком языке. Со мной всё время, когда я сидел в тюрьме, были книги Ленина и Сталина.
Помолчав немного, Назым Хикмет добавляет:
- На мою долю выпало большое счастье. Я первый перевёл на турецкий язык работу Владимира Ильича Ленина «Империализм, как высшая стадия капитализма».
- А какие поэты оказывали влияние на ваше творчество? - спрашиваем мы у Хикмета.
Он отвечает:
- Когда я творю и ищу поэтический образ, я часто обращаюсь к бессмертным книгам классиков марксизма. И если встречаю трудность в своём творчестве, я, прочитав любую страницу этих произведений, снова обретаю ясность мысли, силу, правду, искренность. Проще, ярче, доступнее, образнее не писал ни один поэт на свете!...
Беседа наша затянулась. Разговор заходит о дальнейших творческих планах поэта.
- Я написал поэму о Бедредине, - говорит Хикмет. - Это крупный теоретик и руководитель народного движения в Турции. Он жил 400 лет тому назад. И, вы знаете, когда я закончил поэму и перечитал её скова, я почувствовал, что мой герой внешне удивительно похож на Ленина. Я придал лицу своего героя черты любимого вождя, потому что эти черты в моём сердце. Имя Ленина закалило моё сердце, мою волю. Это имя вдохновляет меня и в творчестве и в борьбе.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.