Телеграмма

Борис Васильев| опубликовано в номере №1259, ноябрь 1979
  • В закладки
  • Вставить в блог

– Скоро поймешь, – усмехнувшись, ответил тот.

Теперь-то Твердохлеб знает, что в этом поступке опытного сотрудника милиции проявилась забота о нем, неумелом, не подготовленном к таким операциям. Старший хотел отвести опасность от младшего. Николай знал по рассказам отца, что так поступали и фронтовики, оберегая новобранцев.

...Вспоминая об этом, Твердохлеб поднялся до половины кургана. Там, далеко внизу, стальной голубизной отливает на солнце широченное полотнище Волги. Все, что вдали, едва колышется в жарком полуденном мареве. А здесь – ветер.

Здесь всегда ветер. Иногда ласковый, освежающий, а чаще злой и колкий. Кажется, стонет все вокруг, и слышатся тогда отзвуки орудийного грохота-До вершины осталось совсем немного, но идти было тяжело – ноги стали непослушными. Подумалось, хорошо еще товарищи не видят его в эти минуты. Стиснув зубы, он двинулся дальше, вверх, и вот тут-то, когда показалось, что так и не удастся одолеть подъем, в памяти возник тот, самый страшный день в его жизни.

Опускались сумерки. Наряды ночной милиции Дзержинского отдела внутренних дел после инструктажа разошлись по маршрутам. Два младших сержанта – Твердохлеб и Сиваков – отправились на свой участок. Побывали в общежитии, прошли по вечерним улицам. Дошли до перекрестка, приостановились, разговаривая, и уже направились в переулок, как увидели в хлебном магазине яркий свет. Николай глянул на часы – 21.20. Торговля уже прекращена, должны гореть только дежурные лампы.

Тревога! И оба бросились к магазину. Боковым зрением Твердохлеб заметил, как за угол метнулась тень.

– Догнать! – приказал он Сивакову, а сам распахнул дверь магазина. Около сейфа, повернувшись к нему спиной, орудовал ломом широкоплечий человек с короткой прической.

– Руки вверх! – скомандовал младший сержант. Неизвестный резко обернулся. За годы службы в милиции Твердохлеб научился с первого взгляда распознавать людей. И он тут же понял, что

перед ним не подвыпивший прохожий, случайно забредший в магазин через оставленную незапертой дверь, а матерый преступник, наверняка вооруженный и готовый к сопротивлению.

– Лицом в угол, – твердо произнес Николай, выхватывая пистолет и быстро подходя к вору.

Звякнул упавший на пол лом, а тот, кто его только что держал, медленно подняв руки, повернулся к стене.

Первая психологическая схватка была выиграна. Замешкайся Николай, прояви неуверенность, этот человек тут же бросился бы на него, почувствовав в нем слабого противника. Твердохлеб заметил, как зло смотрели на него глубоко запавшие, слегка прищуренные глаза, но ни страха, ни отчаяния в них не было.

Держа в одной руке пистолет, Твердохлеб тщательно проверял одежду задержанного. В карманах ничего не было, но когда Николай стал ощупывать рукав, преступник резко обернулся, выхватил оттуда нож. Николай успел отклониться от профессионального удара, нацеленного в шею. Но резкая боль пронзила левую сторону лица.

(Позже товарищи спросят его, почему он не стрелял в этот момент, почему, рискуя погибнуть, пытался задержать преступника, применяя приемы самбо, то есть не нападал, а защищался. Николай ответил: «Человека было жалко».)

В завязавшейся борьбе Николай почти ничего не видел: кровь заливала глаза. Он на ощупь проводил приемы, но всякий раз преступнику удавалось вырваться. Николай действовал ногами и только одной рукой: другой он удерживал вооруженного бандита.

Боль все усиливалась, становилась нестерпимой, сильно кружилась голова. В какой-то момент схватки Твердохлеб выпустил руку преступника. Тот тут же нанес ему два удара в грудь и что было сил рванулся.

Лежа на полу, Николай пытался сделать подсечку, но промахнулся. Тогда, собрав последние силы, Твердохлеб выстрелил. Выстрелил по ногам рванувшегося к дверям преступника. И тот, раненный, осел возле стены.

– Пристрели! Все равно вышка, – прохрипел он навстречу поднимающемуся Твердохлебу.

– Я тебе не судья, – через силу ответил Николай. Он с трудом добрался до телефона, сообщил о происшествии в райотдел.

Вскоре подъехали две машины «Скорой помощи»: одна – для потерявшего много крови младшего сержанта милиции Твердохлеба, другая – для преступника.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере читайте о судьбе «русского принца Гамлета» -  императора Павла I, о жизни и творчестве Аркадия Гайдара, о резком, дерзком, эпатажном, не признававшем никаких авторитетов и ценившем лишь свой талант французском художнике Гюставе Курбе,  о первой женщине-машинисте локомотива Герое Социалистического Труда. Елене Чухнюк, беседу нашего корреспондента с певцом Стасом Пьехой, новый детектив Андрея Дышева «Жизнь на кончиках пальцев» и многое другое

Виджет Архива Смены